Коули спокойно посмотрел на меня, затем усмехнулся:

– Я тоже сомневаюсь в этом.

Мимо прогрохотал поезд Эль, и мы сидели молча, выжидая, когда затихнет его шум.

Потом Коули сказал:

– У нас были контакты с теми, кто также имел ниточку к Диллинджеру.

– Это интересно.

– С теми, кто видел его на Норт-Сайд.

– Да?

– Да. Они из полиции, но не нашего штата.

– Правда?

– Это полицейские из Восточного Чикаго, штат Индиана.

– Вы шутите.

– Сержант Мартин Заркович и его капитан, человек по фамилии... запамятовал.

– О'Нейли, – помог я.

Коули, притворно удивившись, спросил:

– Вы знаете его?

– Знаю Зарковича. Не думаю, что когда-нибудь встречал О'Нейли, но слышал о нем.

– Что вы думаете о... хм... полиции Восточного Чикаго?

– В целом или в частности?

– И так, и так.

– В общем коррумпирована. В частности – Заркович.

Он улыбнулся и сказал:

– Теперь вы понимаете, почему мы можем использовать подтверждающий источник. В самом деле, если я смогу руководить этим всецело через вас, то буду чувствовать себя спокойнее. И шеф Пурвин тоже.

Это удивило меня.

– В самом деле? Что же создает мне такую надежную репутацию? – спросил я.

– Сравнение с Зарковичем, – невозмутимо сказал Коули.

Это заставило меня улыбнуться.

– Вам придется иметь дело с Зарковичем. Он коп. Почему бы в этом случае не подключить к делу Стеги?

Коули ответил не сразу.

– Слишком мало любви между нашим учреждением и полицией Чикаго. Точнее, мало взаимного уважения и стремления к сотрудничеству.

– Как я понимаю, именно это предопределяет ваше обязательное участие в деле.

– Я не так долго, только с апреля, нахожусь здесь мистер Геллер. Вы знаете это. Но мне потребовалось немного времени, чтобы понять, что чикагскую полицию не очень-то уважают.

– Значит, вы сотрудничаете с полицией Восточного Чикаго. Послушайте, в Чикаго все же естьнесколько хороших полицейских, в том числе Стеги. Я знаю. Но наверняка вы слышали, что он не очень высокого мнения обо мне. Несмотря на это, считаю, что с ним можно иметь дело, поверьте мне.

Коули встал, желая размяться. Он подошел к одному из окон и, глядя на Эль, произнес:

– Я слышал, вы честный человек, мистер Геллер.

– Более или менее, – сказал я.

Он улыбнулся, по-прежнему не глядя на меня.

– Это высокая оценка в Чикаго. У нас, хм... есть общий друг, вы знаете.

– Знаю. Элиот Несс.

– Значит, – продолжал Коули, – если я скажу вам кое-что не для записи, вы сохраните это в тайне.

– Я не репортер.

– А если репортер спросит вас, – он внимательно взглянул на меня, – или даже судья?

Я кивнул. Он вернулся к стулу, на котором сидел, сказал:

– Заркович и О'Нейли выставили несколько условий. Одно из них заключается в том, чтобы Стеги и чикагская полиция не были вовлечены в... захват Диллинджера.

– Почему вы сделали паузу перед словом «захват»? Он поколебался:

– Это связано с другим их условием.

– Понимаю. Вы согласились с ними?

– Пока еще нет.