– То есть, – нахмурился Дреев, – ты хочешь сказать, что сегодня у тебя ну-у целая куча очень важных дел?!

 – Именно, – с совершенно серьезным лицом подтвердил Костя. – Так что извини, но… Придумай что-нибудь сам, ладно? Неужели никто из ваших парней не подпишется провернуть с тобой эту авантюру?

 – Ладно, я тебя понял, не утруждай себя объяснениями! – фыркнул, скривив губы, опер. – Ты извини, старик, за грубость, но на только что держащегося за сиську любовника ты сейчас совсем не похож, а судя по твоей форме одежды, никаких более важных дел в ближайшие пару часов у тебя не намечается. А больше, между прочим, для захвата «дури» нам не понадобится! В общем, все, добазарились, нечего воздух сотрясать.

 Смерив Логинова разочарованно-неприязненным взглядом, капитан развернулся к двери и, щелкнув замком, вышел на лестницу. В абсолютной тишине гулко застучали его скатывающиеся по ступенькам вниз торопливые шаги…

 Несколько секунд Костя неподвижно стоял в коридоре, раздираемый столкнувшимися в нем чувствами. А потом, все-таки решив, что остающееся до приезда мурманских собровцев и начала операции по задержанию Ворона время терпит, а данное другу и коллеге честное слово нужно обязательно держать, бросился к окну на кухне, распахнул его и высунулся за подоконник, напряженно вглядываясь в полумрак у подъезда, рядом с которым стояла красная «сиерра» Дреева.

 Дождавшись, пока хлопнет открывшаяся дверь и от дома отделится темная фигура опера, Логинов коротко свистнул. Фигура остановилась и, как показалось Косте, подняла лицо вверх. – Жди, я сейчас, – стараясь не слишком шуметь, сказал Логинов и, захлопнув окно, метнулся в спальню, торопливо натягивая на ходу брюки.

 Потом направился в ванную, где за пластмассовой решеткой, в вентиляционной шахте, в подвешенном на веревке тряпочном мешке хранился незарегистрированный пистолет Стечкина.

 Достав оружие, спрятав его за пояс и прикрутив решетку на место, Логинов покинул квартиру и бегом, перепрыгивая через две ступеньки, спустился вниз, где возле машины, нервно затягиваясь сигаретой, его ждал воспрянувший духом Валера Дреев.

 Ворон

 Какая-то деталь открывшегося пейзажа сразу же показалась Сергею неестественной и заставила мгновенно напрячься…

 – Тормози! – резко приказал Ворон. «Хонда», протяжно зарычав мотором и по инерции проехав несколько метров вперед по сырой грунтовке, стуча системой антиблокировки тормозов, встала.

 – Это «мерседес» Скелета и джип сопровождения с охраной, – с едва уловимым злорадством сообщила Лана, глядя на стоящие на площадке перед;домом роскошные автомобили. – Думаю, сейчас у вас могут возникнуть большие неприятности, господин гость…

 – Тачки здесь ни при чем, – сухо бросил Ворон, наклоняясь чуть вправо и пристально вглядываясь в нечто, лежащее рядом с раскрытыми дверьми гаража, едва видимое за преграждающим обзор черным джипом и очень похожее на человеческие ноги в ботинках. Кажется, мы самую малость опоздали…

 – О чем ты говоришь?! – вздрогнула, инстинктивно попытавшись повернуться, Лана. Но тут же застонала от врезавшейся в шею удавки. – Да убери ты к ебаной матери эту петлю, не стану я никуда убегать! Придурок лагерный…

 – Заткнись, тварь, и не забывай, с кем разговариваешь! – жестко, выделяя каждое слово, произнес Ворон, вдавив ствол «бульдога» в щеку девушки. – Ты вообще уже лишних минут пятьдесят живешь на свете, и лишь потому, что я этого захотел! А сейчас заглохни и раскрывай пасть только тогда, когда тебя спрашивают! Поехали!.