– Представь себе, именно ее, отозвался Пика, наводя резкость. – Ну ни хера себе – картина Репина! Порнуху они там, что ли, снимают?!

 – Хватит пургу гнать! – недоверчиво сказал Слон, полуобернувшись, а потом все-таки не сдержался и с интересом проследил взглядом за траекторией, по которой был направлен бинокль напарника. – Вон то окно, с красными шторами? – уточнил он, заметив мелькнувший в спальне силуэт.

 Похоже, там действительно происходило нечто занимательное, способное хоть на время скрасить унылое торчание в машине на продуваемом всеми ветрами, захламленном пустыре возле стройки.

 – Оно, родимое! – Рожа братка расползлась в довольной улыбке, жующая резинку челюсть заработала активнее, из груди послышалось довольное Урчание. – Это же надо, как он ей впендюривает! Я балдею, в натуре!

 – Ладно, поглазел сам, дай другому! – засуетился в предвкушении просмотра взаправдашней эротики Слон, потянувшись к биноклю с твердым намерением отобрать его у ржущего во все горло напарника.

 – Отвали, – бойко отпихиваясь локтем, рявкнул Пика. – Сейчас сам потащусь, а потом тебе дам. Мама дорогая, чего вытворяют! – не выпуская из рук мощную оптику, веселился браток.

 – Все, бля, достал уже! – взревел от злости Слон, по внешнему виду покрасневшего лицом подельника понимая, что вероломно лишается удовольствия созерцать нечто обалденное, и снова пытаясь выцарапать у Пики бинокль.

 Схватив за одну трубу, он что есть силы рванул армейскую оптику на себя, чем привел кореша в дикое недовольство.

 – Ты, блин, не мешай, там уже кончают! – отбивался из последних сил Пика.

 Но фокус тем временем сбился, изображение перед глазами сместилось, вильнув в сторону подъезда, и на мгновение выхватило из темноты перед входной дверью высокого мужчину в кожаной куртке-выворотке, выбрасывающего окурок сигареты в подвешенный на стене пластиковый мусорник. Похоже, он не слишком твердо держался на ногах – его то и дело качало то в одну, то в другую сторону, и явно не от ветра.

 – Стой… Погоди!.. Да не дергай ты бинокль, придурок! – сильно толкнув Слона в плечо, зашипел Пика, мгновенно перестав улыбаться и напряженно вглядываясь в силуэт полуночного ходока. – Кажется, мы все-таки дождались…

 Точно, это Кай!

 – О чем ты говоришь? – перестав вожделеть бинокль, слегка озадаченно пробормотал Слон. – А ты не ошибся, братэлла? Может, у тебя от сильного напряга глюки начались?

 – Не звезди, говорю, – решительным тоном отверг всякие сомнения старший в паре Пика. – Хватит, на сегодня порнуха отменяется. – Отдав бинокль Слону и вытащив мобильный телефон, он торопливо набрал номер Алтайца и, дождавшись соединения, сообщил:

 – Курочка в гнезде, босс! Кай только что вошел в подъезд!.. Нет, что ты, никакой ошибки быть не может. Что мы, слепые? Точно говорю, он… Хорошо, понял, начинаем… А вы давайте быстрее…

 Ворон

 – Когда милиция найдет мерзавца Иванъко, – сказал Ворон, – я уверен, что они не будут вдаваться в подробности, кто его навестил последним.

 – Я все понял, сынок, – ответил Борисов. – Так мы и поступим.

 К опечатанному прокуратурой офису фонда «Наследие», расположенному на первом этаже огороженного низким кованым забором дореволюционного двухэтажного здания.