Про штурмовики не зря сказал. Прикрепил я к ним пару авиаполков, истребительный и штурмовой из Лидской (11-ой) авиадивизии.

— Итак. Две диверсионные роты вышли вчера и на настоящий момент добрались до этого городишки на «Дру», — лень мне язык ломать! — Одна из них пошла дальше…

— Первая вышла на связь и докладывает, что в Друскининкае немцев не более двух батальонов, — тут же доложил начштаба-6.

— Не моё дело, — открестился я, — сами разбирайтесь. Мы говорили о дальней разведке. Теперь ближняя. У немцев в таких случаях работает мотоциклетный батальон. Лихие и бесшабашные ребята, кстати. Поэтому мы тоже сформировали подобную группу, с парочкой лёгких танков и сапёрами. Первый танк — позиция убийственная, нарвётся на мину, ему конец. И быстрому движению тоже. Но останавливать вас это не должно. Зато там, где прошёл танк, пройдут все.

— За ближней разведкой передовой дозор. С танками, броневиками и ЗСУ. Пушки должны нацеливаться ёлочкой. Первый — вперёд, второй за ним — влево, третий — вправо и так далее, до конца колонны. За дозором основная колонна, за ней арьергард.

— Основа арьергарда — гаубичная артиллерия. Арьергард состоит из двух частей. Одна часть в хвосте колонны, вторая стоит на месте. Её батарея постоянно держит на прицеле пространство перед колонной. Как только колонна достигает предела дальности, встаёт на постоянную позицию вторая батарея второй части арьергарда. Первая встаёт на колёса и догоняет поджидающую её колонну.

Двумя пальцами изображаю шагающего по карте человечка.

— Вот так будет выглядеть движение. Попеременное движение двух артгрупп, — перехожу к другому моменту. — В это же время конные эскадроны, с небольшим отставанием от передового дозора идут параллельно основной колонне в качестве бокового охранения.

— Немцы вроде так не делали, — бормотнул кто-то.

— Допросы пленных показали, что они должны были так делать. Но, увидев, что с флангов никто не угрожает, пренебрегли ради скорости. Итак. Сразу вслед выступает 85-ая дивизия и прижимается к реке. Там формирует линию обороны. Справа ждёт вступления в дело 21-го корпуса. Если кавдивизию немцы быстро вышибут, — исключать этого нельзя, — до этого не дойдёт.

— А мой 3-й полк? — интересуется Константинов.

— На этот полк отдельные планы. Он в ваших манёврах участия не принимает, — о том, что весь шум затеян, в том числе, и затем, чтобы прикрыть выдвижение 3-го полка ближе к Вильнюсу, я умалчиваю. В конце концов, я никого не обманываю. Учиться манёврам действительно надо. Но я большой любитель убивать стаю зайцев одним выстрелом.

— Итак. Если удастся прибрать к рукам Меркине и Варену, этот литовский пятачок займёт 21-ый стрелковый корпус и 85-ая дивизия. И ещё одно. Сжечь немецкий танк или самолёт это хорошо и здорово. Но взять его в качестве трофея втройне лучше. Мы не только лишаем немцев танка, который они в большинстве случаев всё равно восстановят, но приобретаем себе, понимаете?

Генералы и старшие командиры переглядываются и Константинов выдаёт:

— Даёшь поход за зипунами!

Отсмеявшись, принимаемся за проработку деталей. Их неимоверное количество, поэтому особо не вникаю. Один из резервных ТБ-7 я отдал этой группе. Летающий узел связи с наблюдателями на борту большое подспорье. Но работать он будет только днём.

— Подумайте над тем, что немцы могут включить глушилки радио. Поэтому должна быть система резервной связи.

Трактора имени Крайкова у них нет. А гомельская производственная база ещё доводит до ума кабелеукладчик. Вот и выявляется первая дырочка.