— Хорошо. — Он выцедил последние капли кофе, — Если мы сумеем раздобыть еще сиропа от кашля. Тони сможет вновь поставить защиту, когда проснется.

— При чем тут сироп?

Джек быстро объяснил, в чем дело, Честер Бейн кивнул и заявил:

— Дайте мне пустую бутылку. Я позабочусь о том, чтобы он получил все необходимое.

— Хорошо. Скажите вашим людям, что дождь из вишен — это знак. Пора залечь. — Элсон оглядел декорации, — У вас здесь есть душ?

— Два. — Продюсер поднял пару пальцев, — В обоих больших гардеробных. Хотя я советую не пользоваться тем, который предназначен для Мэйсона. Мистер Николас, скорее всего, будет благоразумен, тем более что он в курсе происходящего.

— Тогда, наверное, вам лучше поговорить с ним — Джек запрокинул голову и поверх декораций посмотрел на осветительную решетку, укрепленную на потолке. — Тут просторно. Когда появится ваша съемочная группа, мы просто не будем путаться друг у друга под ногами. Пошлем… — Он помолчал, откинулся назад, посмотрел на кушетку и нахмурился, — Как зовут того парня, который остался с Тони?

— Зев Зеро. Музыкальный редактор. Хотя он и мистер Фостер больше не… — Последовала пауза. — В настоящее время… Неважно.

— Отошлите его домой. Вернется ли он — решать вам двоим.

«Если бы я мог, то отослал бы домой и Честера Бейна. Мы меньше всего нуждаемся в том, чтобы рядом болтались штатские».

— Теперь вы! — продолжал коп, и Гровз подпрыгнул. — Я не склонен выпускать вас из виду на случай, если все обнаружившееся на листе пергамента окажется столь же правдивым, как то, что корова — воплощение Элвиса.

— Не окажется.

Гровз стоял лицом к Джеку, но смотрел на Генри и царапал кожицу у основания ногтей большим пальцем правой руки. На скулах журналиста горели яркие пятна.

— Даю слово.

Взгляд репортера выражал то ли ужас, то ли любовь. Элсон понял, что в этой компании шансы на то или другое почти равны.

— Если вы нарушите слово…

— Верьте мне, констебль. В угрозах нет необходимости, — перебил Гровз и сглотнул так, что его адамово яблоко подпрыгнуло. — Я знаю, что стоит на колу… Боже! Я хотел сказать — на кону!

Тони явно был не единственным, кто слегка свихнулся.

— Ступайте домой. Поспите. Потом возвращайтесь.

Гровз сперва повернулся к Генри, потом спросил:

— Сейчас?

— Эй! Это я велю вам уйти, а не он!

На этот раз Джек решил, что с него хватит. Потом он попробовал игнорировать кивок Фицроя, почти царственный, к чертям, наклон головы, после которого Гровз наконец-то стал двигаться.

Но репортер тут же остановился и начал:

— Мой лист…

— Останется здесь. — Лия подалась вперед и перехватила взгляд Кевина. — Я буду хорошо за ним присматривать.

«Как, черт возьми, она ухитряется произнести это так, будто в ее реплике есть нечто непристойное?» — подумал Элсон и шевельнулся, устраиваясь поудобнее.

Все присутствующие последовали его примеру.

— Мне тоже пора идти. — Генри вышел из-за стола. — У меня назначена встреча, которую я не могу пропустить.

— Эй! — Джек шагнул ему наперерез, — Если уж я решил оставаться, то…

«Слишком темно! Я не могу найти выход. Я один, без оружия. Я…

Глаза, дело именно в них».

— Черт! Ладно, идите.