— Закат уже миновал, — сказал он волшебнице и кивнул на запад, где небо окрасилось в тысячу оттенков оранжевого, желтого и розового. — Мне надо позвонить Генри.

— Обитатель ночи сейчас не может нам помочь.

«Просто отлично! Вечный недостаток информации. Да что такое заползло ей в нос?»

Почти вся поездка на юг прошла под звуки первой части «The Best of Queen», потому что других кассет в машине не оказалось. Арра сидела с закрытыми глазами, и Тони решил, что она дремлет. Может, так и было. Учитывая историю ее жизни, вряд ли ей снился Мэл Гибсон.

— Генри уже помогал нам, — заметил Тони, набирая номер одной рукой. — Он сделает это снова. Поэтому, если тебе без разницы, я все-таки буду держать его в… Генри!

Фицрой мог говорить по телефону и как князь тьмы, и как принц, но нынче ночью в его голосе не слышалось ни тех ни других интонаций.

«Что толку запирать гараж, когда машину уже угнали».

Тони условился встретиться с Генри в квартире Арры в двадцать один тридцать, дал отбой и увидел, что волшебница уставилась в окно на красные кирпичные здания.

— Большая территория, — сказала она, опередив парня. — Нелегко будет найти здесь тень.

— Мы разделимся.

— Да, раньше это так хорошо срабатывало. — Она вцепилась в привязной ремень, но даже не попыталась его расстегнуть. — Не всегда мы будем справляться так легко.

— Легко?

Тони помахал перед ее лицом рукой, которую цапнула собака. Кисть посинела и распухла.

— А еще меня хватали, били, пинали. В меня засовывали тень. — Юноше казалось, что словами просто нельзя описать все произошедшее между ним и Генри, поэтому он опустил этот момент. — Двое людей погибли, одного перекрутило. У Мауса сломана челюсть, Ли считает, что у него едет крыша. У нас на заднем сиденье устроился зачарованный электрик, я в последние несколько дней живу в состоянии предельного ужаса — и ты говоришь, что все было легко?

— Да. Пока все было легко. — Арра повернулась к нему: — Даже для тебя. Пойми, будет много хуже. Чем дольше тень остается в человеке, тем больше впитывает в себя черты характера хозяина. Она перестает играть в него и начинает им становиться. Люди стали доминирующим видом на этой планете не потому, что вели себя мило. Тень в Алане Ву решила напасть. Другая предпочла убежать. — Арра мотнула головой в сторону заднего сиденья, ее голос стал грубым. — Есть и другие, куда более ужасные варианты.

Тони долго смотрел на нее, потом достал тот термос, в котором осталось совсем немного зелья.

— Выпьешь?

— Дьявол, почему бы и нет?

Содержимого едва хватило, чтобы наполнить колпачок термоса. Арра осушила его одним длинным глотком. Глаза Тони сочувственно заслезились.

— Полегчало?

— Нет. Теперь мне надо помочиться.

Было слишком рано для кондиционеров, чересчур тепло для обогревателя, но воздух в церкви все равно отдавал у Тони во рту отфильтрованным привкусом. Пахло моющими средствами, хотя и не так сильно, как в доме Арры. К этому запаху примешивался слабый аромат духов и лосьона после бритья.

— Мне не нравится, что Бена пришлось оставить в машине.

— Он не проснется, пока я ему не позволю.

— Тогда не забудь сохранить достаточно сил, чтобы включить будильник.

— Я знаю, что делаю, Тони.

— Я просто говорю…

— Я знаю, что ты говоришь. Прекрати.