Леонора оперлась о стену и обернулась. Роберта была уже совсем близко, и в руке она держала… пистолет.

– Вы убили Роудса, – прошептала девушка. Слова были удивительно вязкими, она с трудом выталкивала их изо рта. – Томас и Дэки видели вас в тот вечер.

– О да, мистер Роудс! Такой привлекательный мужчина. Он придумал имя для моего наркотика. «Затуманенные зеркала». Очень изящно и существенно помогло при продажах. Он сказал, что подходящее название увеличит спрос, и оказался совершенно прав. А идею взял отсюда, из Зеркального дома.

– А как он узнал… о вас? И о наркотиках?

– Он вычислил, что именно я дала Бетани галлюциноген.

– Он догадался, что вы ее убили?

– Ну, должна признаться, я была несколько неосмотрительна в своих действиях. Алекс вышел на пробежку тем вечером позже обычного. И он как раз пробегал мимо Зеркального дома, когда я усаживала Бетани в машину. Шустрый молодой человек смекнул, что происходит нечто необычное, и проследил за машиной. Он видел, как я столкнула ее с обрыва. А когда на следующий день я очень аккуратно стала распространять слухи о том, что Бетани употребляла наркотики, он получил полную картинку.

– И попытался шантажировать вас?

– Нет, дорогая, конечно, нет. Он предложил сотрудничество. Своего рода деловое партнерство. Я производила наркотик, а он его продавал. Видишь ли, я, к сожалению, не имела опыта в подобных делах, Алекс же занимался чем-то в этом роде и прежде. Само собой, он распространял наркотик вне городка – Уинг-Коув слишком мал, и Роудс боялся, что если он будет продавать препарат местным, то вскоре кто-нибудь его вычислит. Но время от времени он все же позволял себе экспериментировать с небольшими дозами. Особенно когда работал с симпатичными пациентками.

– Но… но тогда зачем же вы убили его?

– Что ж, сотрудничество наше было взаимовыгодным, но потом все пошло наперекосяк, и я поняла, что надо уезжать из города. Не могла же я оставить в живых человека, который так много обо мне знал.

– Зачем вы убили Мередит?

– Она чрезвычайно заинтересовалась убийством Себастьяна Юбенкса – я так и не поняла, чем был вызван столь сильный и внезапный интерес. А потом она каким-то образом умудрилась связать эту историю с самоубийством Бетани. Черт ее знает как… Но теперь это уже не важно.

– Почему вы дали мне наркотик? После смерти Алекса все успокоились, и никто вас не подозревал.

Леонора заметила, что ладонь Роберты сжалась на рукоятке пистолета.

– Я не могла уехать, не наказав тебя, Леонора. Именно ты начала всю эту возню с расследованием, ты едва не разрушила все мои планы! И ты заплатишь мне за это.

– Но вы ведь тоже пили кофе, – прошептала Леонора. – Почему же вы в порядке?

– Я ничего не добавляла в кофе. – Роберта усмехнулась. – Это просто порошок, который очень быстро растворяется в любой жидкости. Я заранее насыпала его в твою чашку.

Леонора хотела задать еще несколько вопросов, но потом решила, что нужно сосредоточиться на первоочередной задаче: выжить. Она обещала Томасу пообедать с ним, а потому ни в коем случае не может позволить себе умереть. Нельзя не прийти на свидание с человеком, которого любишь.

Девушка вдруг поняла, что оседает на пол. Страх вернул силы, и, опираясь о стену, Леонора выпрямилась. Она на мгновение прикрыла глаза, а когда вновь подняла ресницы, взгляд ее уперся в зеркало, оправленное в выщербленную деревянную раму.

«Ты не должна спать».

Протянув руки, Леонора взялась за раму и сняла зеркало. Оно оказалось очень тяжелым.

– Зачем оно тебе? – спросила Роберта.