— Я не хочу есть! — взмолилась Луса. — Я хочу уйти отсюда!

— Тебе нужно отдохнуть, — напомнил Уджурак. — У тебя снова пошла кровь из лапы.

— И у тебя, Токло, — робко сказала Каллик.

Только тут Токло понял, что по шкуре у него течет не дождь, а кровь. Длинная свежая рана пересекала его плечо: должно быть, он поцарапался, когда убегал от плосколицых.

— Ничего, — буркнул он. — Идем, Луса.

Она послушно пошла за ним к другому берегу реки. Выбравшись из воды, Токло прошлепал по камням к высокому кусту, на листьях которого ярко сияли серебряные капли дождя, влез под него и уселся на мокрую траву. Луса и остальные медведи протиснулись к нему.

— Где тропа? — спросила Каллик у Уджурака.

Дождь монотонно стучал вокруг, а медвежата, тесно прижавшись друг к другу, мрачно смотрели на лес, через который только что бежали. Токло не хотелось возвращаться на поиски тропы, и он был уверен, что остальные полностью с ним согласны.

— Пойдем вперед, — решил Уджурак и, забравшись поглубже под куст, потерся спиной о ветки. — Надеюсь, мне удастся ее отыскать.

Токло кивнул и расправил плечи.

— Пойду, поохочусь, — пробурчал он, вылезая наружу. Постояв немного, он вернулся в реку и зашлепал вниз по течению, не обращая внимания на встревоженный крик Каллик:

— Тебе ведь тоже нужно отдохнуть, Токло!

Дождь хлестал его по морде, мешая сосредоточиться на запахах, но Токло внимательно смотрел на берега реки. Он был опытным охотником и понимал, что ливень не только прячет следы дичи, но и скрывает от нее его собственный запах. Охота позволила ему отвлечься от мыслей о плосколицых с огненными палками, которые убивают медведей.

Внезапно он заметил какое-то движение на берегу реки справа. Замедлив шаг, Токло согнулся, почти уткнувшись носом в воду. Он надеялся, что дичь примет его за плывущее бревно… и у нее не хватит мозгов сообразить, что бревна не плавают вверх по течению. Медленно и бесшумно он подходил все ближе и ближе…

Потом он с молниеносной быстротой выскочил из воды и вонзил зубы в то, что ползло по берегу.

Когда дичь с бешеным шипением начала извиваться у него в пасти, Токло понял, что поймал змею. Он с силой ударил ее лапой по голове, прижимая к земле, а потом прикончил одним укусом. Длинное толстое тело застыло в грязи. В животе у Токло заурчало, ему очень хотелось слопать змею прямо здесь, целиком. Но он знал, что должен накормить друзей, поэтому подобрал добычу и поплелся обратно.

Змей убивают, чтобы съесть. Такова жизнь, тут ничего не поделаешь. Если ты голоден, ты отправляешься на поиски дичи. Ты должен убивать, чтобы выжить. Может быть, плосколицые тоже едят медведей? Эта мысль никогда раньше не приходила ему в голову.

Его друзья, дрожа от холода, сидели под кустом. Протиснувшись под ветки, Токло бросил им змею, и они молча разделили ее на всех. Тяжелые тучи скрыли звезды, река с шумом бежала в темноте внизу. Токло заметил, что уровень воды заметно поднялся.

Уджурак не доел свою часть змеи и вылез под дождь, чтобы поискать знаки.

Высунув голову из-под куста, Токло смотрел, как маленький гризли медленно бродит взад-вперед по берегу. Деревья здесь росли не так часто, как возле берлоги плосколицых, поэтому дождь свободно падал сквозь редкую листву на холодный нос Токло. Впрочем, в этом тоже были свои преимущества — в случае опасности бежать через этот перелесок будет проще, чем через чащу.

В кромешной темноте они двинулись в путь. Под лапами Токло скрипели и скользили склизкие листья. Уджурак вновь вел их вверх по склону, и каждый шаг давался измученным медведям с трудом. Токло скучал по равнинам, идти по которым было одно удовольствие.