Да, и вот такая ведьма — самая светлая и сильная из нас. Вера в Господа Бога у нее просто до фанатизма доходит, может быть, потому Он ее и благословляет так.

Дверцы лифта разъехались и явили миру Святошу. Как обычно, она напоминала потрепанную жизнью ворону. Вся в черном, на голове платок, в руках жуткая хозяйственная сумка.

— Какими судьбами? — неискренне улыбнулась я.

— Из Знаменского собора иду, ноженьки устали, — на удивление приветливо отозвалась она. — Чайком не напоишь?

— Заходи конечно, — я посторонилась, пропуская ведьму.

Она шагнула на сияющий паркет, огляделась и хмыкнула:

— Хорошо живешь.

«Сейчас начнется», — тоскливо подумала я. Насколько я знала Лору, сейчас она начнет нудно вещать мне о том, что я зажралась и что не по-божески в таких хоромах жить. И сие выступление она завершит призывом сдать имущество на церковь. Блаженная, прости Госсподи душу грешную.

— Проходи на кухню, — ровно сказала я. — Сейчас чай приготовлю.

Ведьма уселась на пуфик и принялась, кряхтя, снимать обувь. Видимо, только это и удержало ее от нотаций. А я пошла накрывать на стол.

— Кто там? — спросил Женька, пока я наливала воду в чайник.

— Коллега, — еле слышным шепотом отозвалась я. — Ты бы не отсвечивал здесь, а?

— Все равно она меня не увидит, — хмыкнул он.

— Деточка, ты с кем это разговариваешь? — донеслось из прихожей. — Ты не одна?

— Баксу анекдот рассказываю, — мрачно отозвалась я.

— Да? Странно, а котик-то вон, на лестнице сидит.

— У него слух хороший, — не растерялась я.

«Да у Святоши лучше, смотри-ка, все услышала», — едко прокомментировал внутренний голос.

А самая светлая ведьма нашего города уже вошла в кухню, глазки в полик, сир-ротинушка ты наша… Платок она так и не сняла. Я давно задавалась вопросом — она что, и колдует в платке? Сроду ее простоволосой не видела.

— Где присесть можно? — смиренно спросила она.

— Да садись где хочешь, — махнула я в сторону стола, проследила взглядом и обомлела: черт, как раз на ближайшем стуле сидел Женька! Сесть он ей, конечно же, не помешает — он нематериален, но ведь Лора — опытная ведьма, точно почует его!

А гостья тем временем, чуть помедлив около Женькиного стула, аккуратно обошла стол и села на другой стороне.

Я облегченно выдохнула. Есть, есть Бог на свете!

А тут и чайник вскипел, я сноровисто выставила на стол чашечку чая для Святоши, булочки, мед, рука потянулась к сливочному маслу, да вспомнила, что сегодня среда, постный день. Ох, если б я забыла — Лора б мне всю плешь на голове проела нотациями.

Села и сама за стол, взяла чашку с уже остывшим кофе и выжидающе глянула на гостью. То, что она мимо пробегала — в жизни не поверю!

А та отхлебнула чай, закусила булочкой и весьма мирно задала дежурный вопрос:

— Как дела-то у тебя, Марьюшка?

— Спасибо, не кашляю, — сдержанно ответила я.

Святоша протянула руку к прибежавшему на звон посуды Баксу:

— Котик-то у тебя какой хороший…

Хороший котик выгнул спину, встопорщил шерсть и воинственно зашипел. Та быстро отдернула руку и укоризненно на него посмотрела. Бакс ответил ей тем же.

— Лора, а теперь колись, что за нужда привела, — усмехнулась я. — Тороплюсь я, не до китайских церемоний.

— А что, к тебе в гости так просто и не зайти? — вскинула она на меня невинные глаза.