Изменить размер шрифта - +
По крайней мере раз в неделю я читаю бессмысленную писанину Джеральдины, потом рву статью на кусочки и пишу новую, гораздо лучше.

Но я не возражаю, правда. Я вижу, что умом она не блещет, поэтому, как ни странно, меньше завидую ее красоте. Она мне действительно нравится. Нет ни малейшего сомнения, что я значительно талантливее ее, и стройность и обаяние тут не помогут. Если меня повысят, кто будет ей помогать?

— Ладно, — продолжает она. — Ничего страшного. Повезет в следующий раз.

Она поднимает руку, надевает темные очки и стонет.

— Боже, какое ужасное похмелье.

Я изумленно смотрю на нее. Разве Джеральдина знает, что такое настоящее похмелье? Разве у нее налитые кровью глаза, бледная, сероватая кожа, сальные волосы и темные круги под глазами? Ничего подобного. Джеральдина, как всегда, выглядит идеально.

Я заливаюсь смехом.

— Джеральдина, ты всегда выглядишь потрясающе.

Она поправляет выбившуюся прядь и говорит:

— Да что ты, я ужасно выгляжу.

Но я-то вижу, что она довольна собой. Как у всех идеально ухоженных девушек, у Джеральдины есть комплексы. Ей необходимо слышать комплименты, только так она может поверить, что красива.

— Что же случилось вчера вечером?

— О боже, — стонет Джеральдина. — Дмитрий пригласил меня на ужин, и я выпила так много шампанского, что чуть не впала в кому.

— Где вы были?

— В «Коллекции».

— Я там еще не была, — говорю я.

И никогда не побываю, совершенно точно. Но я все о нем знаю. «Коллекция» — ресторан для богатых и красивых. Знаю молоденьких девушек, похожих на пестрых бабочек, которые снимаются для модных журналов и ужинают там. Софи и Лиза, естественно, рассказывали, как мужчины угощали и соблазняли их в баре на первом этаже и в ресторане на втором.

— Там, наверное, полно знаменитостей?

— Нет, — отвечает Джеральдина, — там полно тех, кто мечтает стать знаменитым. Только пока их никто не знает.

— Старлетки, — презрительно фыркаю я. — Они везде, куда ни глянь.

Мы обе начинаем смеяться.

Внезапно Джеральдина поворачивает направо и паркуется у высокого особняка.

— Извини, — она поворачивается ко мне. — Бен Уильямс умолял меня подвезти его. Я пообещала, что мы за ним заедем. Ты не возражаешь?

— Нет, — мое сердце вдруг начинает прыгать. — Я не знала, что он здесь живет.

— Я тоже. Он вчера дал мне адрес. Но даже крысе нужен дом.

— С кем он живет?

— По-моему, с двумя друзьями. Господи, представляешь, на что похожа их квартира?

— Брр, — поеживаюсь я, хотя не имею ни малейшего представления, как выглядит холостяцкая квартира. Откуда мне знать? Но зато я смотрела «Проказников» и могу притвориться, что отлично знаю. — Вонючие носки свисают с батареи.

— В коридоре — стопки порножурналов, — продолжает Джеральдина, гримасничая.

— Простыни не меняются по полгода.

— Горы тарелок с засохшими остатками пищи в раковине.

Мы умираем со смеху. Джеральдина делает вид, что ее тошнит. Но тут я вижу, что в дверях появляется Бен. Прекращаю смеяться и ощущаю слабость в животе. Бен всегда так на меня действует.

— Пусть он сядет на заднее сиденье, — шепчет Джеральдина. — Я не хочу, чтобы он сидел рядом со мной.

Бен подходит к машине, и я вылезаю, стараясь двигаться изящно, грациозно, женственно.

— Доброе утро, девочки, — приветствует Бен.

Быстрый переход