— Нормально, Рич, а у тебя как?

— Ничего, Бен. Потихоньку. Сто лет не виделись, чем ты занимался?

— Вообще-то, у меня есть одна новость.

Голос Ричарда опускается до шепота.

— Я знаю хорошего доктора.

— Что?

— Твоя подружка от тебя забеременела.

— Не говори ерунду, — Бен начинает смеяться. — У меня вообще нет подружки! Нет, я сегодня ходил на собеседование о работе.

— Отлично, куда?

— Давай, Рич, угадай. Кем я мечтал работать всю жизнь.

— Не может быть! Собеседование на вакансию телеведущего? Диктора новостей? Не могу поверить.

— Не диктора, конечно, но это работа на телевидении. Репортер в новом телешоу для Лондонского Дневного Телевидения.

— Отлично. Когда узнаешь результат?

— Не знаю. По-моему, я им понравился, но нужно еще сделать пробы.

— Удачи! Не могу поверить — тебя покажут по телевизору! Представь, как все цыпочки будут на тебя вешаться.

Бен смеется в ответ. Ему хочется рассказать, как он вошел в просторный стеклянный атриум с куполом и сидел в приемной телекомпании, как ждал в окружении фотографий звезд телеэкрана на стенах, а потом вошел очень известный ведущий утренней программы и сел рядом.

Ему хочется рассказать Ричарду, как он нервничал, когда вышел из лифта и ждал, пока секретарша проводит его. Секретарша оказалась очень приветливой, пожалуй, даже слишком приветливой, но Бен решил, что на телевидении так принято.

Ему хочется рассказать Ричарду, как он познакомился с Дианой Макферсон. О ее микро-мини-юбке и высоких каблуках, о том, как через минуту она сбросила туфли и положила ноги на стол.

Диана окинула его холодным взглядом и произнесла:

— Черт возьми, Джеки была права, в жизни ты гораздо лучше, чем на фотографии.

Ему удалось рассмешить ее, и в конце концов они стали разговаривать о том, как трудно жить в одиночестве, рассказывать истории об ужасных свиданиях. Бен твовал, что между ними есть какая-то связь.

Ни о работе, ни о телевидении она даже не заикнулась. Гораздо больше Диану интересовал сам Бен. И совсем не было похоже на собеседование, скорее и разговор двух приятелей. Бену хотелось спросить Ричарда, хорошо это или плохо, узнать его мнение.

В конце «собеседования» Диана пожала его руку и сказала:

— Отлично, Бен Уильямс. Не скажу, что ты принят, потому что пока не видела твои телепробы. Но думаю, наши зрители будут от тебя в восторге. Приходи на пробы в четверг.

Но, разумеется, Бен не собирается ничего подобного рассказывать Ричарду, мужчины не любят вдаваться в детали, их интересуют только факты. Ричард бы заснул со скуки.

Они просто болтают, но Бен может думать только о студии Лондонского Дневного Телевидения.

Стоит ему попрощаться с Ричардом, как он набирает номер Джемаймы. Кто еще выслушает этот рассказ во всех деталях, как не она, его новообретенная приятельница?

— Привет. Джемайма дома?

— Нет, ее сейчас нет. Что-нибудь передать?

— М-м, да. Это Бен с работы. Я оставлю свой номер, пусть она мне перезвонит.

Софи чуть не падает с дивана.

— О, привет, Бен! — возбужденно произносит она. — Это Софи, помнишь?

— Та, которая в маске для лица или со странными штучками в волосах? — смеется Бен.

Софи стонет.

— Пожалуйста, не напоминай. Мы обе выглядели ужасно. Я — та, которая в бигудях.

Лиза отрывается от журнала и поднимает глаза. Ее рот широко открывается, и она шепотом спрашивает.

— Это он?

Софи кивает.

— Хм-м, — говорит Бен.