-Не говори босс! – Гоп тоже присел. – Жрут как кони! А их почти 30 рыл. Скоро нас съедят.

-Я не в том смысле. – Роман поморщился отчего-то и глянул на пожилого спецназовца. – Лом, найди барахло для сталкеров. Шмотки, оружие, всё, в общем. Где-нибудь отдельно скидайте.

-Сделаю. – Лом шагнул вперёд и ловко, будто был совсем юн и полон сил, скользнул вниз по верёвочной лестнице. За месяц уже практически все наловчились по ним лазать не хуже чем горные бараны по скалам.

-Гоп, найди Усяя, Жакана, Пупса и всё что по местному дерьму знаете им расскажите.

-Инструктаж типа? – Гоп почесал затылок: пытался вспомнить, где парней видел последний раз. Что-то видимо вспомнил. – Базару нет, ща сделаем.

Гоп спрыгнул и в полёте уцепился за лестницу. Полез вниз. А Роман стал прикидывать в уме, что из оборудования ещё работает и что пока не сделано из наиболее важного. Генератор – его по-прежнему держали на втором этаже в задней комнате апартаментов дяди Паши. А эта хреновина ведь излучает. Пусть генератор, по словам Лизы, защищён лучше, чем форт-нокс, но ведь по её же словам его просто необходимо переправить на самый нижний этаж, в специально оборудованное помещение. К сожалению, оно пока имеется только в виде начерченной на полу четвёртого уровня, разметки. Значит, с этим придётся обождать – чудо бетон Лизы закончился ещё три дня назад. Новых поставок пока не было. Третий уровень практически закончен. Комнаты очищены, лишнее выброшено в нору. Сама нора, прорытая мутантами в стене одной из комнат, на днях заполнилась различным мусором до предела и была забетонирована. Туда как раз последний бетон и ушёл. Осталось наполнить этаж предметами обстановки, оборудованием и тому подобным. Ну, и проводку спрятать в стены или хотя бы в пол как-то…, на всех этажах проводка в таком состоянии – торчит из стен и по ним же свисает, открытая взору любого желающего. Но на это пока не было времени. К тому же все четыре перфоратора сломали ещё неделю назад – работа шла ударными темпами, и оборудование просто не выдерживало нагрузки. Вчера вот, пришлось пробивать в стене дырку для кабеля, а не чем было. Ломом пробивать думали, но под рукой его не оказалось. Обшарили пол базы, но так и не нашли ничего подходящего. Куда делись два лома, которые приехали в одном из первых грузов, так никто и не понял. Так что дырку пробили парой пистолетных выстрелов. В процессе осколки разрывных пуль угодили в броню Ахмета, но никто шибко не огорчился…

Может, если только Аллах расстроился…, Ахмет, когда в себя пришёл так громко орал на непонятном языке, что присутствующие едва не оглохли. Из гортанных воплей разобрать удавалось только одно слово – Аллах.

-Это кореш его? – Спросил тогда боец по прозвищу Чуп, когда в воплях Ахмета наметилось небольшое затишье. Спросил он очень удачно, у Елдака.

-Кто?

-Ну, Аллах.

-Не знаю…, не слышал о таком. – Пожал могучими плечами Семён, которого тоже черкануло в процессе стенобитных работ, правда бетонной крошкой и по ногам, так что парень не пострадал. Да собственно он и не заметил даже.

-И я не слышал. – Чуп тоже плечами пожал. Правда, он при этом был хмурым и задумчивым. Чуп, по фамилии звавшийся Чуповым, в отличие от Елдака, который грамоте обучался несколько лет и бросил сие занятие по семейным обстоятельствам, в школьных коридорах не мелькал вовсе. Чуп вырос в глубокой тайге, в семье добрых, но весьма замкнутых людей. Агафья – мама Чупа, обучила его всему, что знала сама, несмотря на яростный протест Прокофия. Отец Чупа, трудолюбивый и нелюдимый Прокофий, учил его только православию и непростой науке выживания в лесу таёжном.