— Что, если найти кого-нибудь, кто говорит по-английски, и дать ему список возможных команд, чтобы он перевел их на китайский?

— Знаешь, я здесь уже два дня, — сказал Финлей. — Ни один из местных жителей по-английски не говорит. Все меню в ресторанах — на китайском. Я понятия не имею, что я ем, даже когда уже жую и глотаю. После того как поживешь в Китае, Англия начинает казаться далекой, точно другая планета. Местные, наверно, так и думают. Мы для них — инопланетяне. Или хуже — иностранные дьяволы. Нимрод говорил, что они нас так и называют. Никто здесь не говорит по-английски, Филиппа. Им это совершенно незачем. Для чего изучать английский, когда вокруг два миллиарда других китайцев, которые его тоже не знают?

— Возможно, в Сиане есть американское посольство или консульство? — сказала Филиппа. — Может, нам поможет кто-то из сотрудников?

— Ага, все дела побросали и кинулись нам помогать, — проворчал Финлей. — С какой радости?

— Ну, они-то английский понимают, — ответила Филиппа и показала Финлею золотой слиток. — Я им прикажу.

Филиппа позвонила в американское посольство в Пекине и выяснила, что американский вице-консул приезжает в Сиань только раз в неделю, по вторникам. Это означало, что им придется ждать его почти неделю. Но потом, в ходе разговора, выяснилось, что есть еще британский вице-консул и он принимает каждый день с понедельника по пятницу. Узнав его адрес, Филиппа с Финлеем выскочили на улицу и взяли такси, водитель которого, по счастью, быстро сообразил, куда им надо ехать.

Приемная британского вице-консула была в южной части города, в оживленных деловых кварталах района Сяочжай. Мистер Блант занимал несколько унылых комнаток над прачечной Пу И. На стене позади его стола висел портрет нынешней королевы и карта мира, на которой все бывшие британские колонии были перечеркнуты крест-накрест.

Мистер Блант оказался маленьким человечком с курчавыми седыми волосами, маленькими ручками и тоненьким голосом — он был больше похож на чопорную старушку, чем на мужчину. Появление в приемной двух детей он воспринял без всякого энтузиазма.

— Ну? — сказал он. — Что вам нужно?

— Вы мистер Блант?

— Это имя значится на моем членском билете. Я — член общества «Дети, брысь из офиса».

От такой неприкрытой грубости Филиппа буквально онемела.

— Ну? Что вам надо? — повторил консул.

— Нам нужна ваша помощь, — твердо сказала Филиппа. — С переводом. Мы просим вас посмотреть список фраз, которые мы подготовили по-английски, и перевести их на китайский. Вы ведь говорите по-китайски, правда?

— Я бегло говорю на шести диалектах китайского языка, а именно: на пекинском, шанхайском, кантонском, южноминьском, чанша и хакка, — сухо сказал он. — Послушайте, я — британский вице-консул, а не какой-то мелкий делец из провинциальной торговой палаты. Но в круг моих обязанностей не входит помогать юным американцам корежить язык Конфуция и JIao-цзы. Я смотрю на ваши розовые личики, смотрю, как вы жуете жвачку, и оплакиваю будущее вашей родины. Засим до свидания.

— Я — не американец, — сказал прежде молчавший Финлей. — Я англичанин.

— Что ж, это тебя несколько облагораживает. И раз ты британский подданный, мой служебный долг предложить тебе следующий консульский совет. Купи себе разговорник в ближайшем шудянь. По-китайски это значит «книжный магазин». А теперь до свидания. Окончательно и бесповоротно.

Филиппа со вздохом принялась рыться в своем рюкзачке. Придется вынуть золотой слиток.

— Даже не знаю, почему мы так долго пытались быть вежливыми, — пробормотала она.