Драгаэйряне. Народ, не ведающий шрамов.

«Что тут смешного, босс?»

«Ничего, Лойош. Просто представил, как я заглядываю к Морролану и говорю: привет тебе, о не ведающий шрамов…»

«И что тут смешного?»

«Выражение его лица.»

Улочки здесь были узкими и еще более кривыми, чем в большей части Южной Адриланки. Вроде как это специально – что-то, связанное с наводнениями. Никогда не претендовал, что понимаю, о чем речь, но у меня остались зыбкие впечатления о том, как я когда-то ребенком был здесь после сильных дождей, и как мне нравилось играть в воде, которая стекала к морю.

Ничего, что указывало бы на названия улиц, здесь не было, но я узнал нужную, свернул туда и начал подниматься. Там и сям улочка расширялась, чтобы дать место небольшому базару, а в остальном все то же: дешевые деревянные домишки, в каждом – одна дверь, боковая лестница, два окна на этаж и квартирки на четыре семьи. Ряд за рядом, одинаковые, словно какой-то крестьянин посадил их и поливал, а они выросли и теперь ждали, пока соберут урожай.

Я нашел нужный домик и поднялся по боковой лестнице.

«Босс, напоминаю: стучать, а не хлопать в ладоши.»

«Помню.»

Я дважды стукнул кулаком в дверь. Через минуту она открылась, на пороге стоял Рикард, в мятой белой рубахе и шортах.

– Да?

– Привет, Рикард.

Он склонил голову, разглядывая меня, потом узнал и широко улыбнулся.

– Влад! Заходи! Доброе утро!

У Рика всегда утро, вне зависимости от времени дня. Я не спрашивал, почему; боялся узнать ответ.

– Бренди? – спросил он.

– Непременно. – Рику крайне трудно отказать.

Живет он в двух комнатах, завешанных пасторальными акварелями. К большей из комнат пристроено что-то вроде кухни. Достаточно уютно.

Не знаю, как называлось то бренди, что принес Рик, но оно было много мягче, чем я обычно пью, вероятно, не такое сложное, и совершенно точно из персиков. Неплохо. Мы сделали по паре глоточков и обменялись улыбками.

– Ты замаскировался, – заметил он, полагая, что это розыгрыш.

– Точно так, – отозвался я, полагая прямо противоположное. – Я думал, ты сегодня вечером играешь.

– Не-а. Завтра.

Я кивнул.

– И как они дела?

– У меня? Славно. Слышал о Бастрае?

– О скрипаче? Конечно, даже я о нем знаю.

– Я ходил послушать его на Кривую улицу, а когда он закончил, я остаток ночи играл с его оркестром.

– Занимательно, наверное.

– Просто чудесно, – улыбнулся он.

– Надо свести тебя с моим знакомым, парнем по имени Айбин. Он с острова.

– Он играет?

– На барабане.

Рик кивнул, но не выглядел жутко заинтересованным. Наверное, он знал много барабанщиков.

Мы попивали бренди. Рикард сидел и выглядел наполовину серьезным. В его случае – на грани допустимого.

– В чем дело, Влад?

– Мне нужна помощь.