Мэгги окунала чистую тряпку в холодную воду и обтирала индейца, находящегося на ранней стадии заболевания и еще не покрывшегося волдырями. Но все, что Мэгги могла сделать, — это по возможности охлаждать его.

 — Ну-ка, давайте сделаем перерыв. Женщины приготовили завтрак. Вы и так работаете весь день, а до этого совершили длинный переезд, — сказал Торрес, забирая тряпку из рук Мэгги.

 Она улыбнулась доктору и начала вставать, но тут же ощутила головокружение. Комната перед глазами закружилась, и Мэгги потеряла бы равновесие, если бы доктор не поддержал ее.

 — Я… я не знаю, что это со мной.

 — Вы сказали, что прошли вакцинацию еще на востоке? — встревожено спросил он.

 — Да. И я уже общалась с больными неоднократно. У меня вполне надежный иммунитет. Просто погода действует немного.

 — Вы слишком напряженно трудились и ничего не ели с завтрака. Да и был ли завтрак-то? — спросил он, озабоченно хмурясь.

 Вспомнив свою утреннюю реакцию на еду, Мэгги припомнила, что и сегодняшний завтрак тоже в ней не удержался, и, слава Богу, приехала Эд, а то Айлин впихнула бы в нее еще и овсянку.

 — Боюсь, мне просто некогда было есть. Она пошла к кухне, а зеленые глаза Торреса встревоженно посмотрели ей вслед.

 Тушеная оленина и маисовые лепешки были вполне съедобны. У Мэгги разыгрался волчий аппетит. Колин зашел в кухню, когда она уже разделывалась со второй порцией.

 — Ну, я вижу, ты поправилась, — наконец-то аппетит появился. Док сказал, что у тебя была слабость.

 Ее удивила встревоженность, согревающая его взгляд. Глаза приобрели оттенок прекрасного коньяка, и она упивалась этим напитком, пьянея, не отведав еще и глотка.

 — Я… со мной все в порядке, Колин. Я просто весь день забывала поесть, вот голова и закружилась.

 — Ну, ты хорошо поработала, и хватит на этом. Я забираю тебя спать — тебе надо отдохнуть, — чересчур торопливо распорядился он. И тут же непрошеная улыбка смягчила уголки рта. — Это приказ доктора.

 — А мы ведь не можем ослушаться доктора Торреса, не так ли? — весело спросила она, промокая губы кружевным платочком, превращенным в салфетку.

 Чтобы не спать на переполненном чердаке среди храпа людей и стонов больных, Колин решил воспользоваться для отдыха своей семьи апартаментами Калеба Лемпа. Пройдя по длинному коридору, они вошли в открытую дверь. Агент хоть и не был , отменной домохозяйкой, но в его большой комнате было достаточно опрятно и уютно.

 — Даже и не скажешь, что это квартира Лемпа, правда? — спросила Мэгги, оглядывая здоровенную софу, набитую конским волосом.

 В пепельнице, стоящей на столике перед софой, оставался сигарный пепел. В хорошо укомплектованной гостиной, помимо этой мебели, располагались бра, большой письменный стол из дуба и узенький сосновый библиотечный столик с четырьмя креслами вокруг.

 — Я подумал, что, поскольку агент на время эпидемии освободил квартиру, мы можем ею воспользоваться на ночь. У него две спальни. Наша — за этой дверью. А Эд и Иден, я думаю, могут воспользоваться той комнатой, где прошлой ночью спал Поткин. Кровать Лемпа достаточно широка, чтобы мы на ней разместились вдвоем.

 Говорил он небрежно, и голос был невозмутим, но в глазах плясали искры, от которых застучало сердце Мэгги. Он не хотел спать без нее!

 — Эд о себе позаботится, а Иден надо оставить в покое, если ей так хочется, Колин. Твоя дочь уже достаточно взрослая женщина.