— Согласен, бодрости мне как раз и не хватает.

— Как?! Среди наших лесов?! Разве ты не вспоминаешь о наших былых экспедициях, о наших трофеях?

— Вспоминаю, Эрнест… еще как вспоминаю. Но у меня ужасное предчувствие, что я никогда больше не увижу Кобурга.

— Перестань. Запомни, тебе просто нужно взбодриться. Какая приятная барышня Алиса!

— Да, она гораздо спокойней, чем Вики. Правда, не столь умна.

— Ну вот, тебе уже лучше. Теперь ты любящий отец. Тебе за столько следует быть благодарным Господу, Альберт. У тебя прекрасная семья и жена, которая считает, что ты само совершенство.

Альберт через силу улыбнулся, и его уныние прошло.

Альберта везли в открытой карете, запряженной четверкой лошадей, когда они вдруг понесли, и кучер не смог с ними совладать. Они примчали к переезду, и, видя, что они неминуемо разобьются, Альберт выпрыгнул из кареты. Хотя он и сильно расшибся, он все же оказался в состоянии встать и поспешить на помощь к кучеру, которого придавило каретой. Одна из лошадей сильно расшиблась, другие галопом поскакали обратно в конюшни, где их увидели, и на место происшествия тут же прибыла помощь.

Когда королева, которая выезжала куда-то с визитом, вернулась во дворец и ей сообщили о несчастном случае, она пришла в ужас. Она побежала в спальню Альберта и нашла его в постели. Все лицо у него было перевязано, видны были только глаза; от нее не укрылось, что он сильно потрясен.

Доктор Штокмар, находившийся там вместе с домашним врачом, сказал королеве, что кучер сильно пострадал, а одну из лошадей пришлось пристрелить.

Альберт вскоре оправился от последствий несчастного случая — если не считать следов от ушибов и некоторой скованности — и смог продолжать поездку.

Оказаться в Розенау к дню рождения было для Альберта двойной радостью. Бродить по знакомым лесам, встречать знакомых людей — что могло быть лучше. Они с братом даже навестили герра Флошютца, своего первого учителя и наставника.

Но поездке рано или поздно должен был прийти конец. Наступило грустное прощание с Кобургом, с Вики и ее милыми крошками.

— Мы вскоре приедем снова, — пообещала королева.

Альберт слабо улыбнулся. Он не мог избавиться от странного предчувствия, что навестил свой дом в последний раз.

В том же году в Англию приехал молодой принц Гессенский. Это был не первый его визит, приезжал он и раньше, и, надо сказать, еще тогда ему очень приглянулась Алиса, он ей тоже понравился. Королева впервые узнала о нем лет пятнадцать назад, когда путешествовала по континенту; тогда он был восьмилетним мальчиком и запомнился ей как «милый и умненький».

Во время их недавнего пребывания в Германии он, к большому удовольствию Алисы, специально приезжал, чтобы повидать их. Королева и Альберт все обсудили, и Альберт считал, что принц будет прекрасной партией для Алисы.

И вот, вскоре после их недавней встречи, он снова в Англии, и ни у кого даже не возникло вопроса, почему.

Однажды на одном из вечерних приемов Виктория заметила, что ее дочь и принц так увлечены разговором, что совсем забыли об окружающих. Она подошла к ним, и Алиса в некотором замешательстве сказала:

— Мама, принц только что сделал мне предложение, и я хочу, чтобы вы нас благословили.

Королева крепко сжала руку дочери и прошептала:

— Когда все разъедутся, зайди в нашу комнату.

Алиса так и сделала, и Альберт тут же послал за принцем Гессенским. Последовали сердечные объятия, поздравления, пожелания, ибо королеве уже приходилось слышать от принца и принцессы Гессен-Дармштадтских, что Луис восхищен Алисой и они одобряют его выбор.

Когда молодые люди ушли, королева глубоко вздохнула.