Митчелл сгорал от любопытства. Вести расследование оказалось увлекательным занятием. Он уже понял, почему Рейф рискнул расшевелить змеиное гнездо.

— А можно узнать фамилию человека, которого Эд спас от позора?

Бев колебалась.

— Я назову ее, но тебе это не поможет. В ночь смерти Кэтлин у него было железное алиби.

— Откуда ты знаешь?

— Я могу поручиться за то, где он был в ту ночь вместе с остальными добропорядочными и преуспевающими жителями Эклипс-Бей.

— Что? — Предвкушение, которым упивался Митчелл, сменилось презрением. — Значит, ты видела его на приеме в институте в ту ночь?

— Увы, да, — кивнула Бев. — Ты все еще хочешь узнать, кто он?

— Само собой. — Внезапно Митчелла осенило: — Нет, постой, еще не все потеряно! Он вполне мог улизнуть ненадолго, чтобы убить Кэтлин. В такой толпе его вряд ли хватились бы сразу.

— Поверь мне, его хватились бы, даже если бы он пробыл лишнюю минуту в туалете! — воскликнула Бев. — Я говорю о Треворе Торнли. О том самом Торнли, который в ближайшем времени надеется стать сенатором.

— Проклятие! — простонал Митчелл.

Глава 20

— Тревор Торнли? В женском белье и на шпильках? — Ханна откинулась на спинку плетеного кресла. — Этого не может быть!

Рейф вышагивал по солярию.

— Еще как может. Если верить Деллу, у Кэтлин были большие планы. В списке Верджила нет громких имен. Из этих людей Кэтлин могла бы вытянуть пару сотен, но их не хватило бы, чтобы сбежать из Эклипс-Бей и начать жизнь заново.

— А политик с блестящим будущим — заманчивая добыча, — признала Ханна.

— Это будущее лопнуло бы как мыльный пузырь, если бы Кэтлин кому-нибудь показала кассеты, на которых Торнли снят в женском белье, — подхватил Митчелл. — Случись такое восемь лет назад, ему не видать избрания как своих ушей. Тем более что он старательно притворялся консерватором.

Рейф продолжал вышагивать из угла в угол.

— Ради карьеры Торнли мог бы совершить убийство.

— Я никогда не доверял ему, — признался Митчелл.

Рейф чуть не рассмеялся:

— Ну и что? Ты не доверяешь ни единому политику.

— Джентльмены, версия, конечно, грандиозная, — Ханна взяла свой бокал с вином, — но не пора ли призвать на помощь здравый смысл? Как справедливо заметила Бев, Торнли не мог ускользнуть из института незамеченным.

Рейф остановился, положил ладонь на подоконник и устремил взгляд вдаль, на свинцово-серые воды залива.

— Помнишь, о чем говорил Верджил? Мотивы могли быть не только у жертвы шантажистки. Решиться на убийство мог и кто-нибудь из близких жертвы.

Ханна покачала в ладони свой бокал с совиньон-блан.

— Ты хочешь сказать, что Кэтлин могла убить жена Торнли?

Рейф задумался.

— Мэрилин Торнли посвятила всю свою жизнь карьере мужа. Еще десять лет назад она привыкла добиваться своего. Сомневаюсь, что за последние годы она изменилась.

— Не стану спрашивать, как ты это узнал, — буркнула Ханна.

Рейф пожал плечами.

— Не надо так смотреть на меня. У нас с Мэрилин не было ничего общего — она знала, что видного политика из меня не выйдет.

Ханна нахмурилась:

— Откуда же тебе известно, что она привыкла добиваться своего?

Ей ответил Митчелл:

— Дело в том, что Мэрилин охотилась за Гейбом. Ханна изумленно приоткрыла рот:

— Значит, какое-то время Мэрилин… встречалась с ним?

— Знаешь, я никогда не спрашивал, — лаконично отозвался Митчелл.