Ханна с трудом сглотнула.

— Не хочу показаться недотрогой или ханжой, но..

— Но все-таки ты — мисс Паинька, верно?

— Не совсем так. — Раздражение Ханны быстро нарастало. — Дело в том, что мы совсем чужие люди…

— Твоя фамилия — Харт. Моя — Мэдисон. По-моему, мы знаем друг друга всю жизнь.

Ханна растерянно заморгала:

— Любопытная точка зрения. Пожалуй, даже в чем-то верная. Но слишком уж упрощенная, не находишь?

— Ты всегда так ведешь себя на свиданиях?

— А разве мы на свидании? Я просто сделала тебе одолжение.

Он расплылся в бесконечно медленной и бесконечно обольстительной улыбке.

— В таком случае позволь поблагодарить тебя. — И он снова потянулся к ее губам.

Чтобы удержать его, Ханна уперлась ладонями ему в грудь.

— Я считаю…

Он ответил ей взглядом вежливого удивления.

— Ты считаешь? — переспросил он, подчеркнув последнее слово.

— Да, считаю, — раздраженно повторила она, — что мы действительно знаем о существовании друг друга всю жизнь, но это еще не значит, что мы близкие знакомые. По-моему, мы все-таки чужие люди.

— Тс-с! — Он вдруг зажал ей рот ладонью.

В ярости Ханна схватила его за запястье и попыталась оттолкнуть руку.

Ей так не терпелось объяснить, что подобные выходки ее ничуть не возбуждают, что она не сразу заметила, как насторожился Рейф. Вдруг она поняла, что он лежит не шевелясь, повернув голову к входной двери.

Послышалось тихое поскуливание. Уинстон опять сидел у двери, как прошлой ночью, и буквально излучал настороженность.

— Он что-то услышал. — Рейф убрал ладонь с губ Ханны, сел и уставился на пса.

— Наверное, какой-то зверек роется в мусоре. — Ханна торопливо привела одежду в порядок. — Скорее всего, скунс. Или просто кошки.

— Может быть. — Рейф задумчиво смотрел на Уинстона.

Ханна села.

— Он и прошлой ночью сидел под дверью.

Рейф поднялся и направился к двери. У окна он остановился и осторожно отодвинул штору.

— Туман такой, что не видно даже перил веранды.

Уинстон опять заскулил, оглянулся на Рейфа, перевел взгляд на дверь и снова на Рейфа. Пес явно намекал, что он не прочь выйти из дома, посмотреть, в чем дело. Ханне стало зябко. То же ощущение тревоги посетило ее вчера ночью.

— Кто бы это ни был, к дому он не подходит, — . заговорила она. — Уинстон охрип бы от лая, если бы учуял кого-нибудь на веранде.

— Верно. — Рейф потянулся к дверной ручке. Уинстон напружинился, готовый протиснуться в щель, кап только дверь приоткроется.

Ханну охватил настоящий страх. Интуиция настойчиво подсказывала ей, что открывать дверь слишком опасно.

— Ты что, спятил? — Она вскочила, подбежала т двери и схватила Уинстона за ошейник. — Не вздумай! выпустить его! Уинстон вырос в высотном доме посреди большого города. Он никогда не сталкивался с дикими зверями. А если они окажутся крупнее и сильнее, чем он?

Уинстон вырывался, весь дрожа от возбуждения. Он настойчиво тянулся носом к щели под дверью.

Рейф кивнул:

— Ладно, городской пес, сиди дома, будь умницей. Я обойдусь и без тебя.

— Не смей! — Ханна отпустила Уинстона и заслонила дверь, раскинув руки. — Ты тоже никуда не пойдешь!

Рейф усмехнулся.

— Думаешь, тот, кто бродит вокруг дома, крупнее и сильнее меня? Ты забыла, что мы в Эклипс-Бей? Здесь уровень преступности близок к нулевому.