— Кто это? — удивился Рейф.

— Машина мне не знакома.

— Хочешь, я спрячусь в шкаф?

— Не болтай ерунды. — Ханна поднялась. — Это наверняка кто-то из друзей моих родителей. Узнал, что я в городе, вот и заехал повидаться.

— Кто бы это ни был, мою машину он уже увидел. И узнал ее, — заметил Рейф.

— То, что ты пьешь кофе у меня в гостях, никого не касается.

— И не только пью кофе, — уточнил Рейф, а Ханна направилась в гостиную. — Но какая разница?

От необходимости отвечать Ханну избавило только то, что она уже приближалась к входной двери. По пути она наклонилась погладить Уинстона, застывшего в напряженном ожидании.

— Все в порядке, дружок. Грабители не разъезжают на «вольво».

Она открыла дверь и увидела, как из машины выходит привлекательный мужчина в темно-синей тенниске, серых брюках и мокасинах. Слева на рубашке виднелась эмблема известного модельера; брюки, видимо, сшили на заказ, как и мокасины с мягкими кисточками. Ханна почти не сомневалась в том, что гость стрижется в дорогом салоне, но не в Эклипс-Бей.

Заметив ее в дверях, гость сверкнул ослепительной улыбкой, которая в это туманное утро напоминала свет маяка.

— Похоже, Перри начал отбеливать зубы, — пробормотала Ханна, обращаясь к Уинстону.

Уинстон издал приглушенное ворчание и засеменил вслед за хозяйкой к крыльцу.

— Ханна! — Перри Декейтер пружинисто зашагал к дому. — Я услышал, что ты в городе. Как приятно снова видеть тебя! Ты выглядишь сногсшибательно!

В последнюю минуту разгадав его намерения, Ханна насторожилась. Объятия, в которые заключил ее Перри, больше приличествовали любовникам, разлученным войной и злой судьбой. У Ханны перехватило дыхание, Перри стиснул ее как клещами.

Ее спасло угрожающее рычание. Ханна не сразу поняла, от кого оно исходит — от Уинстона или Рейфа.

— Славный песик.

Перри выпустил Ханну, наклонился и потрепал Уинстона по голове, нарушив этикет и не позволив псу сначала обнюхать пальцы.

Уинстон возмущенно зашевелил серебристыми бровями, но не стал устраивать сцену — для этого он был слишком хорошо воспитан. Однако показать клыки он не преминул — может быть, случайно, подумала Ханна.

Перри поспешно выпрямился.

— Собаки любят меня.

— Правда? — Ханна перевела взгляд на клыкастого друга: — Спасибо, Уинстон, дальше я справлюсь сама, а ты иди завтракать.

Метнув в Перри еще один гневный взгляд, Уинстон с достоинством удалился.

— Забавная псина, — одобрительно заметил Перри. — Ты выставляешь его?

— Что?

— Это выставочная собака?

Ханна возмутилась:

— Чтобы я вывела Уинстона на ринг и заставила показывать зубы ораве судей? Ты спятил? Ни за какие коврижки! Он не вынесет унижения.

Перри принужденно хмыкнул:

— Ясно. Ну, как дела, Ханна?

— Прекрасно.

— Отлично. Да, отлично. — Он кивнул в сторону машины Рейфа: — Вижу, у тебя гость.

— Мы пьем кофе.

— Кофе? Звучит восхитительно.

Ханна предпочла пропустить мимо ушей не слишком тонкий намек.

— Я занята, Перри. — Ослепительная улыбка приугасла.

— Ханна, нам надо серьезно поговорить.

— Позвони мне днем.

— Разговор срочный. — Перри выдержал паузу и понизил голос: — И очень важный. Не только для меня, но и для множества жителей Эклипс-Бей.

— В чем дело? — Ханна дрогнула.