|
Коалиция ему представляется более перспективной схемой американской внешней политики, чем одиночное плавание. Пауэл нашел весьма стойкого союзника в лице министра торговли Д. Эванса, установившего устойчивые отношения с российским министром экономического развития Г. Грефом. Сторонники вовлечения России указывают, что в новом мировом раскладе сил сегмент России уменьшился весьма значительно, но не абсолютно. Россия все же сохранила немалое из наследия СССР. Вовне — место постоянного члена Совета Безопасности ООН. Внутри — ракетно-ядерный меч. Это обеспечило для нее свободу выбора пути, образования союзов, формирования партнерских соглашений.
Знамение времени: в палате представителей США большинство высказалось за прекращение финансирования 24 спутников космического слежения, что фактически делает невозможным развертывание системы Национальной противоракетной обороны – роковой вопрос российско-американских противоречий. Прозвучала основательная критика односторонности в сфере стратегических вооружений со стороны как демократов, так и части республиканцев. Так, по мнению У. Перри, «ракетная оборона должна быть одним из элементов национальной политики; безоглядное же следование ей вне контактов с программами, препятствующими распространению способно ослабить, а не укрепить американскую безопасность».<sup>*</sup> Но госсекретарь Колин Пауэл, ориентирующийся на укрепление отношений с Россией, проигрывает трио Чейни-Рамсфелд-Вулфовиц битву за привлечение России к Западу. Однако весьма значительная часть американского истэблишмента продолжает утверждать, что “интеграция России критически важна для внешней политики США в целом, она должна быть ключевым элементом американской политики в отношении России, поскольку достижение самых важных целей Америки будет зависеть от согласия России участвовать в общем процессе глобализации”.<sup>*</sup> Звучит признание в том, что основная задача Америки не решена. Блокируя ее, Соединенные Штаты “рискуют однажды спровоцировать создание самодостаточного торгового блока от Атлантики до Тихого океана”.<sup>*</sup>
Особенностью социального общения в англосаксонском мире является то, что в гости можно ходить без подарков. Никто не продемонстрировал это лучше и нагляднее, чем президент США Дж. Буш, посетивший в июне 2002 г. обе российские столицы. В ответ на «проглоченный» российской стороной выход Америки из Договора о запрете на создание национальных систем противоракетной обороны, на помощь в битве с талибаном, на молчание в отношении расширения НАТО, уход из Вьетнама и Кубы американская делегация согласилась 25 мая только на то, что три страницы подписанного в Москве документа о сокращении стратегических потенциалов были подписаны и названы Договором. Разве во время визита президента Буша-мл. Москва не оценила бы сокращение долга несуществующего государства — Советского Союза, их согрела бы пролонгация процесса подготовки к вступлению в Североатлантический Союз бывших советских республик, они оценили бы снятие пошлин на российскую сталь, они увидели бы добрый знак в хотя бы некотором откладывании в будущее строительства национальной системы противоракетной обороны. Наконец, чисто символические жесты тоже хороши — правительство США ни от кого не зависит при чисто номинальном объявлении России страной с рыночной экономикой. Нет, оказалась неуместной и эта дешевая открытка с пустыми словесами. Вот если бы порвали всяческие отношения с соседним Ираном. Неужели реализм сказывается только в том, чтобы ни при каких обстоятельствах не открывать в гостях свою ладошку? В Москве более чем ощутили отсутствие программы масштабной помощи, которая могла бы улучшить инфраструктуру России и облегчить переход от планового хозяйства к саморегулируемому. (Эта иллюзия сейчас особенно очевидна на фоне подлинной межсистемной помощи, оказываемой Западной Германией своим пяти восточным землям. |
