Другие наоборот, призывали вернуться к истокам. Снова строить башни, выбирать учениц. Жить в дикой, первозданной чаще, собирая ягоды и гуляя среди деревьев.

Фракции были противны одна другой, и всё же в равной степени они питали ненависть к эльфийскому народу, прочим людям и особенно к тем ведьмам, которых сами они называли предательницами рода.

Таким было положение дел в год 158-й после подписания Земского мира.

Смогут ли ведьмы Ордена Чёрный Розы исполнить свой ужасающий план? Или найдётся герой, который сможет их остановить? А может быть героиня, другая ведьма? Или некая иная случайность помешает им в самый последний момент? Кто знает. Перепетии истории непредсказуемы.

На этом Александр закончил осмотр данной реальности. Он увлёкся и потратил на последний довольно много времени, ибо сама реальность была интересной — Маргулы постарались и подобрали хорошую развилку, — но теперь пришло время обратить внимание и на другие.

Забавный момент, но следующий мир представлял собой как бы антитезу первого. В той реальности эльфы одержали победу, в этой — ведьмы, только некоторое время спустя, когда Лукреция Великолепная направила свою великую армию на север. В этой реальности её не встретила Белая императрица, и потому ведьма добилась поставленной цели: отвоевала южный материк и превратила его в обитель человеческой… А вернее сказать волшебной и орочей расы. Самим же эльфом, которые потеряли больше трети всего населения, — горестная утрата, которая оказалась тайным благом, когда эльфийскому народу пришлось заниматься распределением земли и припасов, — пришлось вернуться на свою древнюю прародину — пустынный Восточный материк.

С тех пор тоже прошло сто пятьдесят лет, и мир, опять же, совершенно переменился за это время.

Впрочем, описывать эти перемены следовало постепенно, ибо после великой войны эльфийская и человеческая цивилизации оказались совершенно обособлены.

Развитие последней в точности отражало план, составленный в своё время Лукрецией и прочитанный Александром.

Ещё во время войны знаменитая ведьма получила особое звание консула; пару десятков лет спустя, когда ей надоело возиться с советом и продвигать тайные схемы для реализации самых радикальных своих реформ, — некоторые из них касались создания новых видов людей, многие из которых были предназначены для определённых видов работы, вопрос, разумеется, спорный, — она и вовсе упразднила шабаш и нарекла себя Волшебной Императрицей…

Глава 37

Будущее

Полномочия Волшебной императрицы были безмерны. Впрочем, не с самого начала. Первые годы ей приходилось мириться с парламентом, затем — советом, но постепенно вся власть переходила в её руки. Прежние демократические традиции, которые некогда преобладали в человеческом обществе, и были, в некоторой степени, отголосками племенного строя, ушли на второй план. Империя стала незыблема. Императрица была деспотом, тираном… И высшим существом.

И действительно, со временем прежние человеческие свойства Лукреции стали стираться. Стоило ей только состариться, и она меняла свою оболочку, выращивая новое тело для своего сознания. Иной раз сразу несколько её тел занимали разные должности. Женщина превратилась в идею, в чистую волю. Она была самим олицетворением Волшебной империи.