Прайор надо это услышать. Правда, еще лучше, если бы это услышал ее муж.

— Ну как, согласны поработать?

Та вынула из кармана джинсов телефон.

— Дайте я позвоню домой.

Пока Прайор разговаривала, Трейси взялась перезаряжать пистолет, но тут к ней подошел один из тех мужиков, которые тренировались на противоположном конце стрельбища.

— Что, дамы, пришли дать выход накопившейся женской агрессии? — Джонни Ноласко был капитаном отдела по борьбе с насильственными преступлениями и начальником Кроссуайт. А также полным придурком.

— Да нет, капитан, просто пострелять немного решили.

— Контрольная стрельба не за горами, — сказал Ноласко. Несмотря на холодную погоду, он был в обтягивающей рубашке с короткими рукавами, татуированная колючая проволока на правом бицепсе на виду. — Может, добавим адреналина?

Контрольная мишень Трейси, по которой она стреляла на выпускном экзамене из полицейской академии, сменила образцовую мишень Ноласко у входа в школу. За двадцать прошедших лет никому так и не удалось улучшить ее результат, и эго Джонни страдало безмерно.

— Ничего особенного, — сказал босс, с головы до ног обшарив Прайор взглядом, прежде чем уйти.

Прайор закончила разговор и вернулась к Трейси.

— Что это было?

— Причина, по которой вам надо научиться стрелять.

Темнота сгущалась, а с ней и наползший с моря туман, который сделал болезненно-желтым свет фонарей и сократил видимость. Но Трейси велела Прайор не обращать внимания на погоду, а сосредоточиться на мелких деталях стрельбы, таких как умение пользоваться прицелом.

— Научитесь стрелять при этом освещении и в эту погоду, на тесте будете чувствовать себя уверенно.

— А какой у вас лучший квалификационный результат? — спросила Кэти.

— Полтораста.

— Но это же абсолютный счет! Где вы учились стрелять?

— Когда я росла, меня постоянно возили на соревнования по стрельбе. Это у нас семейное. Там нас судили по скорости и точности стрельбы. Со стрельбой как и со всем остальным: хочешь научиться — надо работать. А тут главное — приобрести правильные навыки, ну а потом повторение — мать учения.

Кэти согнула пальцы и дунула в кулак.

— Пальцы болят.

— Немного.

— Купите мешочек с песком и жмите его, когда патрулируете, или дома, перед телевизором.

— Эй, Трейси.

Кроссуайт обернулась. Она увидела Вирджила, тот стоял у распахнутой дверцы своего «Плимута» цвета сливы, полускрытый туманом. Потолочный плафон в машине подсвечивал его со спины, он махал руками над головой. Фары освещали сгущающийся туман впереди, выхлопная труба выбрасывала пухлые белые облачка сзади.

— Офис закрыт. Запрешь калитку, когда будешь уходить, ладно?

— Нет проблем, Вирджил.

Тот еще раз взмахнул рукой, сел в машину, и она покатила, урча двигателем, как моторная лодка.

Трейси заставила Прайор стрелять до тех пор, пока у них не кончились патроны. Когда это произошло, на губах Кэти играла довольная улыбка. Конечно, ей надо еще тренироваться, но она уже стреляла лучше.

— Я помогу вам собрать медяшки, — сказала она, хотя гильзы тренировочных патронов были алюминиевые.

— Я сама, — сказала Трейси, чувствуя себя слегка виноватой за то, что так долго продержала Прайор на стрельбище, да еще в такую погоду.