Они были знакомы всего неделю, но Мередит знала, что будет по нему очень скучать, когда вернется в Нью-Йорк. Мысленно она уже планировала в скором времени снова приехать в Париж. Дома скопилось множество дел, надо было оформить продажу «Горных вершин» Моррисонам. Мередит не терпелось увидеть Кэт, обнять ее, пошушукаться о ее помолвке с Кейтом, а затем и отпраздновать это немаловажное событие.

На все это потребуется дней десять, не больше, прикинула она в уме, а потом можно будет снова лететь в Париж. Ей в любом случае необходимо там быть: надо следить за перепланировкой и реставрацией старой усадьбы. Посовещавшись втроем, они решили, что отель будет во всех отношениях современным и комфортабельным, однако сохранит внешнее очарование старины. Ну и конечно, внутреннее убранство будет таково, чтобы постояльцы сразу попадали в знакомый интерьер гостиниц «Хэйвенс инкорпорейтид».

Сидя в тиши своего гостиничного номера, Мередит вдруг подумала, а что будет, когда реконструкция завершится? И тут же ответила себе: на реконструкцию уйдет почти год, к чему думать о том, что будет дальше? А пока у нее впереди год чудесной жизни в Париже. В Городе Света и Любви. И влюбленных.

Все образуется, успокоила себя Мередит. Уже очень давно она поняла важную вещь: жизнь сама диктует свои законы, расставляет все по местам.

«Потихоньку-полегоньку, – думала Мередит, укладываясь спать. – Не хочу торопить события, пусть все идет своим чередом».

По собственному опыту Мередит знала, что роман, кажущийся вначале многообещающим, может закончиться ничем, оставив после себя лишь горечь и раскаяние. Так случилось с Ридом Джеймисоном. При мысли о Риде Мередит поморщилась. Какой неприятной сценой закончились их отношения! Но Рид и Люк – словно два полюса, они совершенно разные люди, глупо даже сравнивать.

Люк – прямой, честный; Мередит не сомневалась, что в их отношениях не будет ничего недосказанного. Никакого перетягивания каната. И еще, Люк – вдумчивый, ответственный, зрелый мужчина, относящийся к ней, Мередит, с большим уважением; разумеется, она платила ему тем же.

Вторник она провела с Агнес и была удивлена тем, что подруга не проявила большого любопытства и не расспрашивала о визите к Люку, только задала несколько вежливых вопросов. Правда, они были страшно заняты: весь день мотались по Парижу, объездили бесчисленное множество антикварных магазинчиков и магазинов тканей, фотографировали образцы мебели, выбирали обои. Вкусы женщин совпадали, дизайн гостиницы они представляли достаточно четко, так что споров в этом отношении не возникало.

В среду днем они сидели в офисе Агнес, и Мередит, не удержавшись, первая заговорила о Люке. Подруги перебирали образцы тканей, раскладывали их на большом столе, стараясь отыскать наиболее удачные сочетания.

Неожиданно Мередит сказала:

– Вчера вечером Люк снова пригласил меня на уик-энд в свой замок.

Агнес метнула на нее быстрый взгляд.

– Меня это ничуть не удивляет. Ты ему очень нравишься.

– Он мне тоже.

Агнес рассмеялась.

– Как и большинству женщин. Он неотразим. Я всегда поражалась, как это он до сих пор не женат.

– Может быть, ему нужно время, чтобы затянулась рана после смерти жены.

– О, так он рассказал тебе о ней?

– Да. А вот ты мне этого не сказала, хоть и обещала. Я полезла с расспросами и, боюсь, сильно его расстроила.

– Прости, что не позвонила, как обещала. Понимаешь, Хлоя болела, я совершенно замоталась. К тому же мне удалось поговорить с Аланом только в воскресенье, не могла же я звонить в Талси и сплетничать с тобой о Люке.

– Да-да, конечно. Слава Богу, что не позвонила, я бы оказалась в дурацком положении.

– Алан знаком с Люком довольно давно, но друзьями их не назовешь.