– Мне пора. Родители уже здесь, – кивнула она на стоящий чуть поодаль семейный «бентли», – и, если я задержусь, Эстер хватит удар.

Она волнуется из-за любой мелочи.

Не рискнув еще хотя бы раз посмотреть ему в глаза, Мэнди открыла дверцу и покинула лимузин. Дэн молча сделал то же самое.

Не успел он ступить на гравий, как дверь коттеджа распахнулась.

– Что это? – удивленно спросил Дэн. – У вас тут все механизировано?

– В каком-то смысле, – усмехнулась Мэнди. – Это экономка. Сколько я помню, она работает у моего отца, и он ее вышколил до автоматизма.

К тому же миссис Брикстоун редко кому попадается на глаза: папе нравится, когда слуги держатся в тени.

Взбежав на крыльцо, она распахнула дверь еще шире и заключила экономку в объятия.

– Здравствуйте, миссис Брикстоун!

Та погладила Мэнди по спине.

– Мой зайчонок! Дай-ка взглянуть на тебя. Все такая же красавица.

– Я теперь работаю в Лондоне, в журнальном издательстве, – похвасталась Мэнди.

В ответ экономка ущипнула ее за щеку.

– Но твои глазенки блестят так же озорно, как в детстве. Я очень рада, что ты все-таки решила приехать на свадьбу.

Вошедший с коробками Дэн, услышав последние слова, удивленно поднял бровь.

– Миссис Брикстоун, вы знаете мистера Дэна Макгриди?

На лице экономки отразилось сильнейшее беспокойство.

– Лайза упоминала ваше имя, мистер Макгриди, но я не ожидала, что вы приедете сегодня…

– Не волнуйтесь, – успокоил ее Дэн. – Я лишь доставил сюда Мэнди. Скажите, куда отнести коробки, и я отправлюсь дальше.

Однако, разгрузив лимузин, он уехал не сразу. Мэнди осталась в холле, чтобы проводить гостя, но тот принялся рассматривать картины с таким видом, будто он турист, у которого полно времени.

– Послушай, – сказала она наконец, – не хочу выглядеть негостеприимной, но мне еще предстоит куча дел.

Дэн отвернулся от изображения уверенно сидящего на вороном жеребце всадника и окинул ее пристальным взглядом.

– Не нужно испытывать на мне свое озорное очарование, детка, – произнес он несколько напряженно. – Я не растаю.

Мэнди заморгала.

Дэн шагнул к ней и несколько секунд молча смотрел на нее сверху вниз с таким видом, будто оценивал противника.

– Запомни одно, дорогая, – наконец тихо произнес он. – Я видел, как ты танцевала. Более того, я это чувствовал. И неважно, как тебя воспринимают другие люди, я тебя знаю.

Мэнди вспыхнула, но ей удалось произнести спокойно:

– Звучит как угроза.

– Считай это напоминанием.

– О чем? – спросила она опрометчиво.

Дэн выразительно взглянул на ее губы и рассмеялся.

Сейчас он поцелует меня, пронеслось в мозгу Мэнди.

Ей вдруг безумно захотелось этого. Захотелось, чтобы Дэн заключил ее в объятия как тогда, стылой лондонской ночью. Чтобы пробудил в ее душе бурю эмоций и заставил жаждущую ласки плоть настроить разум на волну чувственности. Хотя бы ненадолго.

Сила своего внезапного порыва шокировала ее.

Однако Дэн отвернулся.

Отвернулся!

– Увидимся, – небрежно слетело с его уст.

После чего он уехал.

Глядя вслед удаляющемуся лимузину, Мэнди обессилено прислонилась к дверному косяку. Из-под ее ног словно выбили почву.

Она страстно желала, чтобы Дэн поцеловал ее, а он уехал.