— Спасибо.

— Не за что, — выруливая на дорогу, Глеб еле сдерживался, чтоб не рассмеяться.

Как ни странно, он не злился. Ни на нее, что неплохо погуляла, ни на подруг, что позвонили, даже на того кента, который прижимался. В конце концов, кент скоро будет пускать ленты над унитазом, а Настя с ним, так какого хрена злиться?

А она… Это было забавно. С ней-то и в нормальном состоянии не скучно, а этот вечер обещал быть крайне интересным.

— Правильно, что не стали в багажник… Платье бы помялось, жалко… — думая о чем-то своем, Настя разглаживала несуществующие складки на платье, несознательно привлекая внимание к голым коленкам. Очень красивым и совсем голым…

— Потому и не стал.

— А куда мы едем? — девушка вскинула взгляд на мужчину, повернулась, села вполоборота, чуть покачиваясь.

— Домой.

— Ко мне? — зеленые глаза увеличились раза в два, а к губам взметнулась ручка с аккуратными выкрашенными темным лаком ноготками.

— Могу к тебе, могу к себе.

— Лучше к вам, — а потом эта самая ручка схватила его за кисть, сильно сжимая. Глеб бросил сначала быстрый взгляд на этот хват, а потом на перепуганную бабочку. — Мама убьет…

— Значит, ко мне, — усмехнулся, отмечая, как девушка выдыхает, расслабляет пальцы, но не убирает.

— Вы хороший, Глеб Юрьевич, — водит большим пальцем по внутренней стороне запястья, немного щекоча, а еще делая очень… крайне приятно, скользит указательным по косточке…

Стряхнуть ее руку — было бы грубостью, но следить за дорогой и одновременно наслаждаться этими прикосновениями — нереально, потому Глеб перехватил руку, поднес к губам, поцеловал, а потом положил уже на ее колено, коснувшись напоследок мягкой теплой кожи.

— Настенька, давай поиграем в игру? Ты считаешь красные светофоры, я — зеленые. Чьих больше — тот победил. Договорились?

— Да, — отнесшись к заданию ответственно, Настя вновь крутнулась в кресле, устремляя взгляд вперед. — А победитель…

— Победитель загадывает желание.

— Ладно… — девушка снова бросила на Имагина подозрительный взгляд, о чем-то думая. — Но ваше-то желание я и так знаю…

— Считай, Настенька…

Пришлось считать.

Знает она… Ни черта она не знает. Например, не знает, каким благородным идиотом себя сейчас ощущает один конкретно взятый мужчина, везущий домой девушку, которая безумно нравится, а думать должен о том, во что ее одеть, как уложить и что с утра налить, чтоб голова болела не так жестоко…

* * *

— Приехали, — ближе к дому она даже задремала. Считала, считала и… устала. Просыпалась же неохотно, пытаясь отбрыкаться, устроиться поудобней, подтянуть под себя ноги. — Тебя в машине оставить?

— Угу, — и даже угроза не казалась ей такой страшной. В машине — так в машине. Здесь удобно, приятно урчит мотор, пахнет хорошо, и даже сквозь сон чувствуется, что смотрят с лаской.

— Так, все, давай.

Только ведут себя грубовато. Практически выдернули из салона, поставили на ноги, заставили держаться, а еще глаза открыть. Хорошо, что стоять пришлось недолго.

Настя, в принципе, не сильно любила поддержки, но технику партнера оценила. Ее достаточно бережно, но уверенно забросили на плечо, а потом понесли… куда-то.

— Ой, Глеб Юрьевич…

— Что?

— У нас проблема…

— Какая?

— Земля перевернулась.