— О, прекрасно, — сказал Эван. Мрачное настроение снова возвращалось к нему. — Нет ничего лучше, чем крутиться на коляске под техноремикс «Хавы Нагилы», пока не потянет блевать.

Томми нахмурился, услышав этот горький комментарий, и обменялся взглядами с Ленни, который пожал плечами и кивнул на Эвана.

— В любом случае спасибо за идею.

— Э-э, нам вообще-то пора на занятия… — начал Ленни, разворачивая кресло.

— Забудь, — зло сказал Эван. — Какой смысл ходить на лекции, если завтра я могу проснуться грязным фермером в Бангладеш.

Остальные посмотрели друг на друга, и Кейли подала двум другим ребятам знак удалиться.

— Знаешь что, Ленни, вы, пожалуй, идите, а мы с Эваном прогуляемся, о'кей?

Эван не стал жаловаться, когда Кейли за ручки кресла взялась и повезла его в более безлюдное место. Он поежился, когда они миновали место его стычки с Томми. Та ночь, казалось, была вечность назад. Он смотрел на протезы, лежавшие на его коленях, и кликал ими, сжимая и разжимая металлические пальцы, словно это была заводная игрушка.

— Так Томми действительно тащится от Иисуса, а? — спросил он.

Кейли удивленно посмотрела на него, и он понял, что должен был об этом знать.

— Ну да, ты же знаешь, каким одухотворенным он стал после того, как спас миссис Халперн и маленькую Кейти.

— Он спас миссис Халперн? — возмутился Эван. — Да ладно! Вот же извращенный мудак, — добавил он зло.

Они остановились у скамейки, и Кейли села, повернув ногой его кресло. Ее хорошенькое личико выглядело обеспокоенным.

— Ты голоден? — спросила она, выудив из кармана шоколадный батончик. Разломав его, она протянула половину Эвану.

Эван взял шоколадку в руку, но пластиковая рука дернулась, подчиняясь неумелому управлению, и уронила шоколад на землю. Кейли смутилась от такой реакции, но, ничего не сказав, просто протянула ему свою половинку. Он осторожно взял ее, стараясь избегать прямых взглядов на девушку.

— Какая-то проблема? — поинтересовалась Кейли после паузы.

Эван посмотрел на протезы и похлопал ими, стряхивая с них остатки еды.

— Да, наверное, мне надо отдать их в ремонт.

— Я тебя таким прежде не видела, — продолжала она, наклонившись поближе, чтобы дать ему последний кусочек шоколадки.

Эван уловил яблочный аромат ее кожи и почувствовал, как в горле у него встал ком.

— Кейли? Ты когда-нибудь думаешь о нас с тобой? Я имею в виду, тебе никогда не было интересно, что было бы, если бы у нас все было по-другому?

Она кивнула.

— Конечно, Эван, почему нет? Ты знаешь, ты первый человек, который по-настоящему мне небезразличен.

Его глаза засветились от неподдельной искренности ее слов.

— Что, правда?

— Именно поэтому, когда я была маленькой, я не уехала жить с мамой после ее развода с отцом.

— Не понимаю, — выдохнул Эван. Кейли аккуратно вытерла крошку с его губы.

— Когда мои предки развелись, они предоставили мне и Томми самим выбрать, с кем бы мы хотели жить. Я терпеть не могла своего отца, но знала, что если перееду во Флориду, то никогда больше не увижу тебя.

Сердце Эвана подпрыгнуло.

— Я никогда не имел понятия об этом, — тихо сказал он, ошеломленный последствиями детского решения Кейли. — Так ты до сих пор думаешь о нас… вместе?

— Иногда это приходило мне на ум. Мне было интересно, что могло бы из этого выйти.