— Я рада, что ты дома. И жив-здоров. — Она выпустила его и повернулась к двум девочкам, робко стоявшим поодаль, одна по грудь Вану, другая едва ли по пояс.

— Ты помнишь Лесним. А это Фара.

Ван легко поклонился.

— Лесним… Фара.

— Эйлсья будет, как только сможет. Она дежурила и, конечно, какой-то идиот, работающий на планетовозе, сунул ногу куда не следует. — Сестра фыркнула. — Когда учишь, надеешься, что ученики вырастут и поумнеют, но с некоторыми это не происходит. — Сафо ухмыльнулась. — Ты хорошо выглядишь. Действительно хорошо для того, кого могли и не спасти.

— Мне еще нужны лечебные тренировки, — признался Ван.

Сестра повела Лесним и Фару в другую комнату, приговаривая: «Я знаю, у дедушки Альмавивы для вас кое-что припасено». Ван готов был последовать за ней, когда наружная дверь опять отворилась и вошли еще трое.

— Артуро!

— Ван! — Артуро выглядел так же, как Альмавива, и обнимал вроде него, разве с намеком на сдержанность Кикеро, но обладал логическим и законническим умом Кикеро и работал одним из его помощников. — Прости, что мы не могли прийти на торжественную встречу…

— Достаточно того, что вы здесь, — ответил Ван, недоумевая, почему Артуро вообще поднял вопрос о встрече. Сам он на это вообще внимания не обратил. Когда Артуро отошел, Ван поглядел на жену брата.

— Маргарет, как славно увидеть тебя. И Деспину.

— И тебя славно увидеть. Все так беспокоились, когда мы услышали о несчастье в Скандье. Но ты хорошо выглядишь. — Маргарет была маленькой и щуплой, с золотисто-оливковой кожей. Деспина, стоявшая рядом с матерью, явно пошла в отца и почти не уступала ему ростом. Но волосы у нее были русые, пышные и волнистые, а глаза изумрудно-зеленые. Она робко улыбалась.

— А вы выросли, юная леди, — объявил Ван. — И дядья всегда говорят что-нибудь смущающее, вроде этого.

— Всегда, — подтвердил подросток.

Ван дал всем троим знак проходить вперед. Как только он ступил на зеленые плитки пола, появился папа Альмавива в запачканном кухонном переднике.

— Уверен, что все проголодались!

— Это приказ, папа? — спросил Артуро. — Будь голоден и опустошай стол?

— Вроде того, — ответила Сафо.

И на миг Ван почувствовал, что рад вернуться в Беннон.

Глава 34

Много времени спустя, после того как брат и сестра Вана со своими дражайшими половинами и потомством удалились и вилла затихла под ночным осенним небом, Ван поглядел из потертого кожаного кресла, где раскинулся, через всю большую комнату на папу Кикеро.

— Теперь, когда все ушли, что означала эта демонстрация встречающих?

Кикеро указал на молчаливого Альмавиву.

— Идея вот этого папочки.

— Ты всегда так говоришь, когда между вами согласие, — заметил Ван. — Зачем вы это затеяли?

Папа Кикеро поглядел на старшего сына.

— В Скандье случилось куда больше, чем все знают, верно?

— Да. — Не имело большого смысла хитрить с папой Кикеро, что в течение ряда лет открыло несметное число адвокатов противной стороны. — Повсюду были намеки, но я так и не смог ничего установить, разве что по косвенным свидетельствам и по тому, чего там не было. — Ван опять посмотрел на отца-адвоката. — Как ты узнал?

— Слышал кое-что от Эла Линонира.

— Он все еще главный директор Сулинских Трансмедиа?

— Еще на несколько лет.