— Командир Альберт, командор Петров ждет вас. Пожалуйста, в центральный проход, сэр.

Ван кивнул и направился к центральной арке с еще одной сканирующей установкой. Когда он проходил под аркой, дверь в другом конце открылась, и гость вступил в обширный кабинет. Широкие южные окна выходили в мощеный дворик. У стола для совещаний стоял командор Петров, который вполне мог сойти как за скандийца, так и за ревенантца: голубоглазый, светловолосый, высокий и весьма импозантный в безупречно чистой белой летней форме.

— Приветствую вас, командир Альберт. — Старший по званию и возрасту указал на пустые места у стола, а затем сам занял свое место.

— Я рад, что мы смогли повидаться, — ответил Ван.

— Я тоже. Когда вы прибыли в Вальборг?

— Чуть больше, чем восьмерицу назад. — Ван преподнес собеседнику нечто вроде печальной улыбки. — Мой перевод сюда был неожиданным, и кое-какое время ушло на то, чтобы разобраться в особенностях новой службы.

— Могу себе вообразить. Я слышал, что посол Рох наконец-то получил замену командиру Круахану. Прекрасный офицер. Один из самых честных военнослужащих, каких я встречал.

— Я не знал его, но все утверждают, что он был превосходен. И честен. — Ван рассмеялся. — Это всегда вызов, когда заменяешь кого-то вроде него.

— А что такое жизнь без вызовов? — отпарировал Петров. — Не угодно ли вам чего-нибудь выпить?

— Кофе. И покрепче, если он у вас есть.

— У вашего предшественника был такой же вкус. — Лицо Петрова утратило выражение на долю секунды, пока он подключался к сети.

Через свои вкрапления Ван почувствовал скорый всплеск, но не смог расшифровать ни протокол, ни сообщение.

— Возможно, это привычка, выработанная в глубоком космосе.

— Вполне. — Слова Петрова сопровождала забавная улыбка. — Я надеялся, что вы последуете примеру вашего предшественника. Он весьма тщательно информировал меня о заботах ваших РКС, а я, в свой черед, столь же тщательно сообщал ему о наших интересах и заботах.

Вану пришлось сосредоточиться, чтобы следить за староанглом Петрова, хотя у него не было таких затруднений со служащими посольства, набранными в Скандье…

— Это может оказаться взаимовыгодно в такое время.

— Информация полезна во все времена, — ответил Петров. — Но вы правы, в наше время это еще вернее. У нас имеются известные общие интересы…

— Согласен.

С мгновение Петров ничего не говорил, и Ван задумался, не ляпнул ли чего-то лишнего. Тут отворилась боковая дверь, и появился рядовой с подносом, на котором стояли две чашки, полные дымящегося напитка. Рядовой поставил поднос на стол для совещаний ровно посередине между двумя офицерами, а затем удалился так же бесшумно, как и вошел.

— Кофе с вашей стороны, — сказал Петров. — В кувшинчике густые сливки, здешнее достижение, если вам угодно попробовать.

— А для вас что?

— Чай. Я унаследовал вкус моего дедушки. Пить чай — это старый росейский обычай, и вышло так, что я люблю его больше, чем кофе или что-либо еще.

Ван пригубил кофе. Крепок, но хорош, не маслянист, нет привкуса, который придают пережаренные бобы.

— Славный кофе.

— Командир Круахан тоже так думал. — Петров отпил глоток чая, прежде чем продолжить. — Наш первый общий интерес — желание не восприниматься как угроза тремя крупными державами, которыми окружена Скандья, а второй — поддерживать стабильное правительство.

— Я знаю, что это проблема, — заметил Ван.