Кэм смотрела на меня через призму того, как она видела меня в своем мире. Если бы я не потеряла память, то у нее появились бы какие-то сложности. Я поняла это по выражению внезапного облегчения, мелькнувшего у нее на лице.

Она подошла ближе и положила ладонь мне на руку, не обращая внимания на трубки и пластыри. Синяки и порезы.

— Синтия, я не знаю, что сказать. Мне жаль. Мы напились. Надрались в стельку. Я пыталась уговорить тебя пойти со мной, но ты заупрямилась и заявила, что хочешь остаться. Я пыталась, но не смогла тебя переубедить. Поэтому я вызвала тебе такси. Машина должна была приехать через несколько минут. Не знаю, что произошло.

Ее ответ казался неправильным… отрепетированным. Я не сомневалась, что она снова и снова рассказывала детективу Даттону эту историю. Но я была ее подругой. На меня напали и бросили умирать. Я умерла. Меня выбросили в озеро, как какой-то мусор.

Перед глазами все поплыло. Первый проблеск того, как он тянется ко мне сквозь мерцающую рябь…

Я закрыла глаза.

— Тогда из-за чего я так злилась? — спросила я, усилием воли открыв глаза и рассеивая изображение. — Что я сделала… что я сказала? Скажи мне, Кэм.

Она нервно оглянулась на дверь. Затем сказала:

— Разве ты не помнишь?

Глядя в единственное окно в комнате, я изо всех сил старалась сдержать слезы разочарования, но я была слишком напугана. Кто-то пытался меня убить — я наконец целиком и полностью осознала этот факт. До этого момента происходящее казалось слишком сюрреалистичным, слишком странным, чтобы быть правдой.

— Как это случилось со мной? — Слова вырвались со слабым, прерывистым выдохом.

Кэм убрала руку с моего предплечья и сжала пальцы.

— Ты была так расстроена, Синт. Ты меня напугала, — сказала она, и я посмотрела ей в глаза. — Ты все еще злилась на Дрю и Челси, и этот ребенок… — Она подняла брови.

Я крепче сжала ее руку.

— Дрю был там?

На лице ее отразился шок.

— Нет, не был, но… — Она замолчала, сглотнув.

— Что, Кэм?

Из уголка ее глаза скатилась слезы.

— Это моя вина. Боже, мне не следовало бросать тебя. Это я во всем виновата.

— Это не твоя вина. — Пыталась утешить ее я.

Она покачала головой.

— Нет, моя. Я не могу. Мне нужно идти.

Кэмерон с силой вытерла слезы, катящиеся по щекам, а потом отвернулась и направилась к двери.

— Он должен заплатить…

Ее слова долетели до меня, приглушенный шепот заглушался рыданиями.

Глава 13

Призраки

Лэйкин: Сейчас

Мои пальцы касаются клавиатуры ноутбука. Руки дрожат.

Откуда это взялось?

Я не помню, чтобы Кэмерон произносила эти слова.

«Он должен заплатить».

— Это не реально, — говорю я вслух, чтобы самой в это поверить.

Воспоминания спутались. Я заполняю пробелы. У писателей есть такое свойство — заменять факты более интересной выдумкой.

Я удаляю страницу, выдергиваю USB-флешку из ноутбука и прикрепляю ее к брелоку для ключей. Я не хочу снова читать этот отрывок.

Затем я делаю то, чего стыжусь, но я уже не раз совершала это раньше. Я открываю Facebook и забиваю в поиске имя Кэмерон.