— Она что, так и сказала?! — опешила Айлин. — Вот… сука.

Кэтлин согласно кивнула.

— Алек никому об этом не рассказывал, только нам с Роджером. А потом любовник Марджори вдруг решил, что не желает бросать семью ради прекрасных глаз нашей красавицы… Да и книга Алека имела бешеный успех. Тогда она быстренько передумала разводиться. Марджори привыкла всегда добиваться чего хочет и просто не желала поверить, что все пошло не так, даже когда Алек подал на развод.

— Ну, если он ее любил…

— Честно сказать, — задумчиво проговорила Кэтлин, — он ее вряд ли когда-нибудь любил. Это старик полковник решил их поженить. Они еще в молодости служили в одном полку с отцом Марджори и были большими друзьями… Однажды им — и пришла в голову эта идея, в общем-то, идиотская, но им она показалась забавной… Они решили, что если у одного из них будет сын, а у второго — дочь, то их надо обязательно поженить и тем самым скрепить узы дружбы и все такое прочее. Впрочем, Марджори была очень даже за. Она положила на Алека глаз, когда ей было лет пять или шесть. Н ее можно понять: парень был что надо! Я хорошо это помню: все девчонки сходили по нему с ума. Впрочем, даже Марджори пришлось приложить максимум усилий, чтобы, в конце концов, притащить его к алтарю… Мы чуть ли не пари заключали: удастся ей это или нет.

— Вы хотите сказать, он женился на ней исключительно из-за того, чтобы уважить отца? — недоверчиво уточнила Айлин.

— В какой-то мере. Роджер рассказывал мне, что полковник устроил для него назначение на престижную должность, при этом ничего не сказав самому Алеку. А когда тот отказался, старик пришел в ярость. Так что, мне кажется, Алек женился на Марджори, чтобы немного успокоить отца. Или, может, думал, что наконец-то обретет покой… Она столько лет его домогалась, и ему это, в конце концов, надоело. Но Марджори стала настаивать, чтобы он уволился из армии, — говорила, что не хочет быть женой сержанта…

— А-а, вот ты где прячешься. — Дверь спальни бесшумно открылась, и на пороге возник Алек. — А то я уже начал волноваться, как бы ты не потерялась.

Он улыбнулся Айлин, но холодный блеск его серых глаз ясно давал понять, что он слышал, о чем только что говорили женщины.

— Да мы тут болтали о том, о сем, — промямлила Айлин, чувствуя, что опять краснеет.

— Да? Если вы, девочки, начинаете болтать, вас несет и вы уже не знаете, когда надо остановиться.

Кэтлин весело рассмеялась, вовсе не устрашенная его едким сарказмом.

— Господи, мы действительно заболтались. Я и не заметила, что прошло столько времени. Пойду-ка я лучше вниз — прослежу за полковником, а то он выпьет весь бренди и снова затянет свои жуткие истории.

Она ускользнула, оставив Айлин разбираться с Алеком самой.

— Выходит, я был прав. — Его голос звучал жестко и резко. — Никогда не доверяй журналистам. Впрочем, этого и следовало ожидать. При первой же удобной возможности ты стала выведывать обо мне и моей семье всю подноготную. Теперь твоя душенька довольна? Все вынюхала, что хотела? Насколько я знаю Кэтлин, она наболтала тебе столько, что хватит на целое воскресное приложение!

Айлин молчала, понимая, что не стоит винить его за то, что он так разъярился.