— Что он с тобой будет делать? Ты работаешь по шестьдесят часов в неделю.

— Я все устрою. В конце концов, здесь его школа, привычный уклад, дом.

— Не устроишь. Ты сбросишь его на няню. Я наслушалась этим утром о новой няне. И, видимо, она некомпетентна в присмотре за ним, раз уж он обжег руку.

Дерьмо.

Крик стих и я знала, что Дрю пытался контролировать себя. Я представила, как сжалась его челюсть, и ходили желваки, когда он дышал огнем, пытаясь выдуть лед.

Когда Дрю наконец заговорил, его тон был более, чем злой; он балансировал на грани смертоносного.

— Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Я не сплавлял своего сына няне. Все это время он был со мной и моей девушкой и о нем хорошо заботились.

— Девушкой? — выплюнула Алекса. — Теперь ты водишь моего сына к своей шлюхе на месяц?

— Нашего сына, — прорычал Дрю. — И она не шлюха на месяц. В отличие от тебя, я никогда не знакомил Бэка со случайными встречными. Каждый раз, когда он упоминал о мужчинах рядом, я держал рот на замке и верил, что ты была осторожна и внимательна к нему. И ожидаю такого же отношения к Эмери.

— Эмери? Женщина, которую я встретила в лобби? Ты трахаешь наемного работника?

— Мы субарендаторы. Она психолог, а не наемный работник. И какая тебе, нахер, разница, если бы она даже мыла здесь полы? У нее, в конце концов, есть работа. Это может заставить тебя оценить ботинки за тысячу долларов, которые на тебе сейчас.

— Я воспитываю нашего сына. Это круглосуточная работа.

— Забавно как он становится нашим сыном, когда идет упоминание о том, что я оплачиваю эту круглосуточную работу. Но исключительно твоим, когда ты хочешь забрать его шататься по стране за NASCAR.

— Я его забираю, — огрызнулась она.

— Не забираешь.

— Не думаю, что это то, за что ты хочешь бороться. Бэк должен узнать своего отца и провести с ним время.

Я приготовилась к реву, который, я знала, непременно должен последовать.

— Он проводит время с отцом!

— В смысле, своего биологического отца.

— Это не было моим выбором. Ты позаботилась об этом. Господь знает, хрен бы я женился на тебе, если бы знал, что ты шлюха, беременная чужим ребенком!

— Пошел ты!

— Убирайся, Алекса. Просто свали отсюда нахер.

Несмотря на то что я ожидала, что так произойдет, все же подскочила, когда она распахнула дверь кабинета Дрю и та ударилась о стену. Алекса шумно прошагала и с грохотом захлопнула за собой дверь.

Несколько минут я подождала в своем кабинете, не уверенная в том, дать ли Дрю время остыть или попытаться успокоить его. В конце концов, не услышав ничего, кроме тишины, я решила заглянуть к нему.

Кресло Дрю стояло в стороне от стола, а сам он сидел, держа в руках голову и поставив локти на колени.

— Ты в порядке? — мягко спросила я.

Отвечая, он не поднял взгляда, голос был хриплым.

— Ага.

Я сделала несколько нерешительных шагов по кабинету.

— Что я могу сделать?

Дрю несколько раз покачал головой, затем поднял взгляд.

— Можешь сделать меня настоящим отцом маленького мальчика?

У меня в груди сжалось сердце, когда я увидела выражение поражения на его лице. Глаза были красными и наполненными непролитыми слезами, и я даже смогла почувствовать боль, которую видела на его лице.

Я стала перед ним на колени.

— Дрю, ты и есть его настоящий отец.

Несмотря на то что он меня слушал, я до него не достучалась. Поэтому решила рассказать историю, которой ни с кем никогда не делилась.

— Когда мне было девятнадцать, я решила, что хочу узнать, кем была моя настоящая мать. Понятия не имею почему, все ведь было в порядке.