Она закусила свою руку, пытаясь смирить бурный клекот веселья в горле, и тряслась всем телом. Ее глаза сверкали.

— Митч, ты хоть понимаешь, что мы успели натворить за эти несколько часов? — Она слабо махнула рукой. — В ванной кавардак, одна кровать мокрая, другая сломана, ужин сгорел… — Она давилась от смеха. — Нам еще повезет, если завтра это бунгало не развалится на части.

Он засмеялся.

— Я уже был здесь столько раз, и ничего подобного прежде не случалось. Но, с другой стороны, я никогда не привозил сюда маленький двуногий кудрявый смерч.

Она повернула голову и прижала губы к его груди.

— Блаэр, я люблю тебя, — прошептал он, его пальцы медленно погружались в ее волосы. — Я так люблю тебя!

Закрыв глаза, она закусила губу, сдерживая слова, которые он так хотел услышать, а она так хотела сказать. Она лежала молча, неподвижно, чувствуя, как его пальцы ворошат ее волосы. Внезапно ее пронзила дрожь и через несколько минут она прошептала:

— Митч, мы сегодня будем спать?

Его рука провела по ее волосам, шее, по гладким плечам, и он вздохнул.

— Я достану сухие простыни для той кровати. Ты хочешь спать!

— Да, — еле слышно произнесла она, — очень.

Но она не спала, свернувшись калачиком в его объятиях, даже тогда, когда солнце уже стало прогонять темноту и настало раннее утро. Он спал, а ее взгляд ласкал его, стараясь уловить каждую черточку его красивого лица, загорелой гладкой кожи, его распростертое холеное здоровое тело.

Огонь в камине почти погас; только несколько последних угольков краснели, догорая. Она просто не знала, как ей быть дальше.

8

На следующее утро Блаэр проснулась довольно поздно и обнаружила, что она в кровати — одна. В камине горел разожженный, видимо, сегодня утром огонь, но, глядя сонными глазами на залитую ярким солнцем комнату, она подумала, что воздух уже достаточно прогрелся для того, чтобы в камине напрочь отпала необходимость.

Сладко зевая, она лениво оторвала голову от подушки и окинула взглядом комнату. Митча не было, и это немало удивило ее. Она повернула голову, чтобы посмотреть, нет ли его в ванной. Дверь туда была открыта, но свет не горел. Все еще не вставая с кровати, она, вытянув шею, выглянула в окно: может, он на улице? К ее величайшему изумлению он уехал куда-то на машине. Ну что ж, в любом случае пора вставать. Она отправилась в ванную, приняла наскоро душ и накинула огромный, висевший на вешалке халат. Он был довольно влажный, из чего она заключила, что Митч принимал душ, перед тем как уехать, а она спала так крепко, что не проснулась не только от шума воды, но даже от звука заводимого мотора.

Размышляя над тем, куда Митч мог подеваться, она вернулась в гостиную. Только теперь она заметила, что матрац сполз с металлической кровати чуть ли не на пол. Со сладкой задумчивой улыбкой принялась она застилать постель. Потом, налив себе кофе, она подошла с чашкой в руках к окну рядом с раковиной. Стояло чудесное майское утро, богатое красками и солнечным светом. Деревья зеленели особой свежей весенней зеленью, а яркие дикие цветы, словно огонь, горели на низких кустах.

Прихлебывая потихоньку свой любимый напиток, она испытывала состояние безоглядного счастья; казалось, так счастлива она не была никогда. Это ведь первый настоящий роман в ее жизни, никогда раньше не ощущала она такого истинно безумного телесного восторга. Правда, теперь чувства ее были смешанными: как будто она обрела себя и одновременно потеряла. Но, поскольку она не задумывалась сейчас о том, что будет завтра, ей можно вполне было оставаться довольной днем сегодняшним.

Она вернулась в ванную и поставила чашку на раковину, чтобы повнимательнее рассмотреть в зеркале свое лицо.