— Моя обнаженная богиня, — прошептал он, склоняясь над ней. — Если я не овладею тобой, то умру.

— Люби меня, — просила она, открываясь ему навстречу. — Пожалуйста, Трентон, мне необходимо… — Ее мольба переросла в стон наслаждения, когда он огненной лаской проник в нее.

— Тебе это нужно? — хрипло спросил он, перекатываясь на спину и усаживая ее на себя верхом, все глубже входя в ее тело до тех пор, пока полностью не погрузился в теплую влажность. — Это, туманный ангел? Потому что мне необходимо это… больше, чем мой следующий вздох. — Он отстранился, продолжая при этом вонзаться в нее снова и снова. — Скажи мне, Ариана… Я знаю, ты боишься меня, сомневаешься во мне. Но я нужен тебе?

Не в состоянии говорить, Ариана только кивнула, нарастающее наслаждение было слишком острым, почти невыносимым. Беспомощно всхлипнув, она ответила на его вопрос своим телом, крепко обхватив бока Трентона ногами и начав двигаться бедрами, ритмично и волнообразно, как он ее учил.

Трентон откинул голову и застонал, доблестно сопротивляясь приближению кульминационного момента, когда почувствовал, как нежная плоть Арианы сомкнулась вокруг него. В отличие от прошлого раза он намеревался сделать так, чтобы жена достигла наивысшего наслаждения в его объятиях прежде, чем он взорвется внутри нее.

То была битва, которую ему не суждено было выиграть. Признавая свое поражение, Трентон со стоном перевернул Ариану на спину, изливая в нее свое семя в непостижимом щемящем облегчении, изумленный полной потерей контроля над собой.

И в равной степени изумленный своей женой. Ариана тотчас же достигла оргазма, уткнувшись лицом во влажное плечо Трентона и выкрикивая его имя, она словно растворялась в трепещущих спазмах, вовлекая его в самую свою сердцевину. Затем, с усилием вздохнув, она расслабилась и лежала тихо, пока последний приступ дрожи сотрясал его мощное тело.

— Боже, что ты делаешь со мной… — произнес Трентон сквозь стиснутые зубы, укрывая ее тело своим, словно одеялом.

— Ты то же самое делаешь со мной, — застенчиво пробормотала Ариана.

Трентон глубоко вздохнул и, приподнявшись на локтях, задумчиво посмотрел на нее, странное выражение появилось на его лице.

— Удивительно, не правда ли? Твои разум и тело воюют друг с другом.

— Сердце и тело у меня в согласии, — прошептала Ариана, и глаза ее засветились искренностью. — Только мой разум в нерешительности.

— Не в постели, не так ли?

— Нет… не в постели.

Трентон обхватил губами рот Арианы и чувственно проводил языком, пока не получил горячий ответ.

— Давай освободим твой разум от его бремени, — пробормотал он прямо в ее приоткрытые губы. Руки его скользнули по ее ногам, приподняли их и поместили вокруг его талии. — Давай заниматься любовью, — мягко, но настойчиво сказал он, склоняясь к ее груди. — Всю ночь. — Он провел по ее напрягшемуся соску языком, потом взял его в рот и то легонько тянул, то отпускал, пока не почувствовал, как Ариана впивается ногтями ему в спину. — До зари… до следующего дня… до ночи, — выдохнул он, приподнимая бедра, чтобы вновь погрузиться в нее с силой, заставившей ее вскрикнуть. — Снова и снова… — Он склонился к ее другой груди, возбуждая ее почти до безумия. — Пока не останется ничего, кроме этого… — Он отстранился, чтобы войти еще глубже, и каждая клеточка ее существа открылась навстречу его проникновению, его ритмичным взмахам. Он целовал ее горло, плечи, губы… горячими решительными движениями языка, как бы усиливая свое присутствие в ее теле.