— Нет. Я не боюсь вас.

— Значит, вы первая.

Ее поразила резкость тона, что никак не соответствовало мягкости его прикосновения. К этому добавилось ее собственное замешательство от осознания его явно чувственной ласки, возбуждающей и приятной. Но в конечном счете то была нежность ненамеренная, но достаточно ощутимая, чтобы задеть чувствительную струнку в ее душе и придать ей смелости продолжить.

— Если другие боятся, то только потому, что вы не одаривали их своей улыбкой, — выпалила она. Слова, казалось, поразили его.

— Мы далеко от дома? — встревоженно спросила она, вспомнив в наступившем неловком молчании о том, как долго она отсутствует, и как рассердится Бакстер.

Суровость вернулась, и черты лица незнакомца снова ожесточились.

— Да. Вы забрели достаточно далеко. Дорога назад займет немало времени.

— Боюсь, я не смогу идти.

— Даже и не пытайтесь. — По тону это был приказ, а не совет или предложение.

— Тогда как?..

Ариана не успела закончить вопрос, как его руки скользнули ей за спину, и он встал, без малейших усилий подняв ее. Она задохнулась и в поисках опоры ухватилась за его плечи, ощутив его грудь, плотно прижатую к ее телу. Снова она почувствовала на себе этот невероятно проницательный взор кобальтовых глаз… глаз, проникающих в самую глубину ее существа.

— Все еще не боитесь? — с мягкой насмешкой спросил он, его дыхание согревало ее кожу.

Ариана расслабилась, медленно разжала руки и положила ладони ему на плечи.

— Все еще не боюсь, — ответила она, с изумлением понимая, что это правда.

По какой-то причине она твердо знала, что этот человек не использует против нее свою огромную силу.

Он прищурился, упиваясь безупречной красотой ее лица, — дерзкий вздернутый носик, светящаяся алебастровая кожа, мягкий чувственный рот, огромные невинные глаза, бирюзовые, словно залив Осборн в разгаре лета. Она доверяла ему. Это ошибка. Хотя в данном случае она не имела никакого отношения к его делам. Не из-за нее он оказался здесь сегодня вечером, и никакой беды с ней не случится.

Он намерен причинить вред Бакстеру Колдуэллу.

Ариана почувствовала, как на мгновение сжались его руки, затем он повернулся на каблуках и отправился сквозь туман, прижимая ее к груди.

— Я не знаю вас, — не выдержав, через несколько минут сказала Ариана, отчаянно желая развязать крепкий узел напряжения, который, казалось, затягивался все туже с каждым шагом. Она была совершенно не подготовлена к такому затруднительному положению… она, которая никогда прежде не бывала наедине с мужчиной, не говоря уже о том, чтобы очутиться в его объятиях. Только слабый намек на улыбку дал знать Ариане, что ее спаситель ощущал неловкость ситуации и понимал причину этого.

— Да, вы не знаете меня, — согласился он.

— Вы живете в Суссексе?

— Больше не живу. — Ответ прозвучал подчеркнуто выразительно, челюсти его чуть заметно сжались, она бы не обратила на это внимания, если бы не находилась так близко от него.

— Но когда-то жили?

— Да. Давно. — Он шел по извилистой тропинке вдоль живой изгороди, его пронизывающий взгляд коротко скользнул по ее приподнятому лицу. — Полагаю, вы были еще ребенком, когда я уехал.

Она наклонила голову:

— Неужели вы такой старый?

Его глаза вспыхнули огнем мрачных воспоминаний.

— Древний.

— Забавно, — едва слышно пробормотала Ариана.