— Королева Виктория играет, — соблазнял он. Глаза ее блеснули.

— Играет? Сейчас? Хорошо, тогда и я буду.

— Решено, — щелкнув пальцами, подытожил Дастин. Его заразительный энтузиазм заставил Ариану осмелеть.

— И Дастин?

— Х-м-м-м?

— Игра, в которую я всегда хотела научиться играть, — крокет.

— Тогда наша экскурсия приведет нас на лужайку перед домом, где и начнутся занятия.

— Сегодня?

— Есть ли время лучше, чем настоящее?

Ариана почувствовала, как благодарность ключом забила в ее груди.

— Спасибо, — сказала она тихим, прерывающимся голосом.

Дастин разгладил усы, внезапно ощутив приступ гнева против своего брата за то, что тот покинул эту удивительную молодую женщину. Неужели Трентон не видел, какое сокровище ему даровано?

С большим трудом Дастин подавил свое возмущение, прекрасно понимая, что, ослепленный жаждой мести, Трентон не видел ничего. А пока счастье Арианы зависело от Дастина.

С готовностью приступая к выполнению своей приятной задачи, он взял Ариану под локоть и подмигнул.

— Обучить вас игре в крокет будет для меня большим удовольствием. А теперь пройдем в гостиную.

Ариана следовала за Дастином по бесконечному украшенному изразцами коридору в гостиную. Остановившись в дверях, она затаила дыхание.

— Как изысканно!

Вдоль стен тянулись окна-витражи, впуская как раз столько света, чтобы подчеркнуть красоту сводчатых потолков, бархатных зеленых диванов, великолепного мраморного камина. Огромные украшенные орнаментом в виде трилистника зеркала, висевшие меж окон, придавали комнате еще более величественный вид.

С благоговением Ариана прошлась по гостиной, провела рукой по бесценной статуе и пришла в ужас при мысли, что та может разбиться вдребезги от малейшего прикосновения. Кончиком пальца провела по позолоченной отделке мраморных колонн и восхитилась талантом тех, кто трудился над созданием этого дворца.

— Гостиная в Уиншэме раза в два меньше, — пробормотала она, и взгляд ее стал отсутствующим. — Мы праздновали Рождество, когда мама с папой были живы. Я была такой маленькой… мне казалось, что дерево заполняет собой всю комнату. Помню, я думала, что за чудо — превращение гостиной в зимний сад. — Она застенчиво подняла глаза. — Извините, Дастин… я болтаю глупости. Это я тоже делаю, и не только, когда нервничаю, скорее постоянно.

Дастин усмехнулся:

— По правде говоря, ваши воспоминания очаровательны.

— Их немного, и они редко посещают меня, — ответила она, печально пожав плечами. — Мои родители умерли, когда мне было три года. Я почти не помню их. — Она снова повернулась к искусно выточенным колоннам. — В любом случае Уиншэм не такой великолепный и никогда таким не был.

Прищурившись, Дастин попытался посмотреть на комнату и на все имение глазами Арианы.

— Мой отец обожал Броддингтон, — сказал он глубоким голосом, полным воспоминаний. — Это поместье было не только его домом, но и величайшим его творением.

Ариана подняла глаза:

— Трентон сказал мне, что ваш отец спроектировал Броддингтон… при помощи двух своих сыновей.

Полуулыбка заиграла на губах Дастина.

— Трентон рассказал вам об этом? Несмотря на скверный характер моего брата, он слишком скромен. В действительности проектировали они с отцом, я только внес несколько предложений.

— Трентон также сказал, что ваш отец был гением.

— Да, был.

— Я это вижу, — согласилась она и нерешительно спросила: — Вы не расскажите мне о нем?

Целая гамма эмоций отразилась на лице Дастина.