— Хорошо, Кингсли, я сделаю то, о чем вы просите. Но только из уважения к памяти вашего отца, — поспешил он добавить, чувствуя, как его буравят сотни осуждающих глаз. — Вот вам ответ. А теперь уходите, пока я не приказал выбросить вас.

Трентон кивнул.

— Договорились. — Он бросил уничтожающий взгляд на побледневшего, как мел, совершенно ошеломленного Бакстера. — Я тебе советую позаботиться о своей сестре, Колдуэлл. — Впервые он позволил себе посмотреть на Ариану и обратил внимание на ее испорченное платье, следы слез на щеках, неестественную позу — она сильно растянула сухожилие на лодыжке.

— Уходите, — прошептала Ариана, — сию же минуту уходите.

Трентон насмешливо отсалютовал ей, лицо его оставалось мрачным.

— Я больше не побеспокою вас, миледи. — Он повернулся и вышел.

Видя, как он уходит, Ариана ощутила острую боль, которая не имела ничего общего с болью в лодыжке. Действительно ли то был незнакомец, который отнесся к ней с состраданием и так бережно осматривал ее ушиб? Как она могла так ошибаться в человеке?

— Джеймс… Вы же не намерены на самом деле…

— Вам тоже лучше уйти, Бакстер, — прервал его Ковингтон. — Я позабочусь о гостях.

Ариана схватила брата за дрожащую руку:

— Пожалуйста, Бакстер. Мы и так предоставили достаточно тем для сплетен на сегодня. Пожалуйста… давай поедем домой.

Бакстер смотрел на нее невидящим взглядом. Затем резко повернулся и бросился из зала. Ариана, моргая, глядела ему вслед, не зная, что же ей делать. Реакция брата не удивила ее, она была типичной для Бакстера. Нет, ее беспокоило собственное затруднительное положение — она просто не могла дойти до парадной двери без посторонней помощи.

Осторожно перенеся центр тяжести на здоровую ногу, она было поковыляла к выходу, но всхлипнула от боли.

— Я провожу вас да экипажа, моя дорогая, — предложил Джеймс Ковингтон. — Пойдемте.

У Арианы не было другого выхода, кроме как принять его помощь, хотя она была и не совсем уверена, что простила ему отмену помолвки Бакстера. Молча она оперлась на его руку и позволила проводить себя до экипажа Колдуэллов, где сидел погруженный в мрачное раздумье Бакстер.

— О Ариана… Я что, оставил тебя там? — пробормотал он, бросив на нее беглый взгляд.

— Это не имеет значения, — ответила она, проскользнув в экипаж на сиденье и кивнув в знак благодарности Ковингтону.

Беспомощно пожав плечами, пожилой человек отошел в сторону и подал знак кучеру, что можно трогать. Дорога домой проходила в гнетущем молчании.

— Бакстер… — попыталась, наконец, начать разговор Ариана.

— Что ты хочешь, Ариана?

— Почему он вернулся столько времени спустя?

— Чтобы погубить меня, зачем же еще? Он убил Ванессу, чуть не уничтожил нашу семью, а теперь намерен завершить начатое.

Бакстер откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза рукой.

Ариана поморщилась. С двенадцатилетнего возраста она выслушивала зловещие рассказы о том, как Трентон Кингсли очаровал ее старшую сестру Ванессу — ухаживал за ней, дарил подарки, расточал обещания и, заставив ее поверить, что их ждет чудесное совместное будущее, вызвал в ее душе глубокую любовь.