Дастин стиснул зубы:

— Вы побывали в Уиншэме.

Ариана подняла голову и вопросительно приподняла брови, услышав ледяной тон Дастина.

— Да… по правде говоря, сегодня.

— Тогда это объясняет вашу стычку с Трентом.

— Почему? — недоверчиво спросила она. — Не мог же Трентон ожидать, что я прерву все связи с братом только потому, что вышла замуж за человека, который ненавидит его. Почему мое посещение Уиншэма так разгневало его.

Дастин принялся смущенно поглаживать усы, обдумывая ответ.

— У Трентона есть на то основания, — наконец оказал он.

— Какие?

— Вам следовало бы спросить об этом не у меня.

— Но я спрашиваю вас, — взмолилась она, сжимая его руки. — Пожалуйста, Дастин… Вы мой единственный друг в Броддингтоне. Неужели вы не прольете хоть каплю света на прошлое?

Дастин смотрел на маленькую ручку, сжимавшую его ладонь, разрываясь между верностью и состраданием. Когда здравый смысл подсказал ему, что будущее счастье Трентона зависит от того, удастся ли искоренить прошлое, он принял решение.

— Вражда между Бакстером и Трентом началась много лет назад, — осторожно стал он объяснять, — когда им не было еще и двадцати.

— До того как Ванесса и Трентон…

— Да.

Ариана удивленно моргнула:

— Я не знала этого. Как они познакомились?

— Они были конкурентами за инвестирование в маленькую промышленную фирму. Не стану вдаваться в подробности, они не имеют значения. Достаточно сказать, что у них были различные методы достижения цели. Между ними быстро возникла взаимная антипатия.

Ариана отпустила цыпленка, подтянула к груди колени и в задумчивости положила на них подбородок.

— Бакстер поступил неэтично? — Молчание.

— Дастин, я знаю моего брата… очень хорошо, по правде говоря. У меня нет иллюзий насчет его характера. — Увидев ошеломленное выражение лица Дастина, она поспешно продолжила, поясняя свое утверждение: — Бакстер любит меня, я знаю, что любит… по-своему, но он далеко пойдет, чтобы сохранить свое материальное благосостояние или, как чаще бывает, вновь обрести его. Так что, если он унизился до каких-то не слишком благовидных методов, чтобы добиться своей цели, это не удивило бы меня.

— Зато вы удивляете меня, — отозвался Дастин, качая головой.

— Чем? Тем, что объективно оцениваю тех, кого люблю? — Ариана пожала печами. — Для меня любить — значит знать недостатки человека и любить, несмотря на них.

Наклонив голову, она испытующе посмотрела на Дастина.

— А вы разве не так поступаете?

Его губы чуть дрогнули.

— Пожалуй, так же. Подумать только… А мне-то казалось, что это я вас поучаю. — Он нежно взял прядь ее волос обернул вокруг пальца и легонько потянул. — Для столь юной особы вы очень мудры.

Ариана улыбнулась в ответ:

— Может, и мудра, но не слишком опытна. Я достаточно хорошо узнала вашего брата, чтобы понять, что он придерживается твердых принципов в деловых сделках. И я понимаю, что это могло породить конфликт с Бакстером. Чего я не понимаю, так это — каким образом Ванесса…

— Давайте скажем так — различные отношения Трента и Бакстера распространились и на женщин тоже.

— На женщин? Но Ванесса наша сестра!

— До Ванессы. Всегда, насколько я помню. — Дастин отпустил локон Арианы, продолжая смотреть ей прямо в глаза. — Как вам хорошо известно, Трент красивый титулованный и очень богатый человек.