На другой день мой приятель выглядел как-то задумчиво.

— Рила вчера любопытную вещь рассказала, — ответил он на мой невысказанный вопрос. — У них в универе, на факультете, ходят упорные слухи, будто где-то кто-то выращивает суперсолдат. По какому-то частному заказу и в глубокой тайне. Думаю, шефу надо передать, как полагаешь? Пусть по своим каналам проверит.

— Точно. Вот ты и передай. Твоя же девушка слышала.

— Что-то не хочется её вмешивать, — замялся Пит. — Да и шеф в последнее время не очень-то меня уважает. Может, ты?

— Нет уж. Кто нарыл инфу, тот и докладывает. Это правило. Кстати, меня он тоже едва терпит. В любую секунду может уволить.

— Да?

— Да. А где и кто этих суперов выращивает? Этого твоя Рила не сказала?

— Нет, конечно. Говорю же: слухи. Кто что болтает. Там уже не поймёшь, где правда, а где откровенная лажа. Одно можно сказать: говоривший верил в свои слова.

— Это Рила так объяснила?

— А кто ещё? У неё абсолютный нюх на ложь. Ей бы в полиции работать или в защите, а не в медицине.

— Тогда она стала бы нашей коллегой. Не всем же такое достаётся. Вот ты как попал в свою академию?

— Разве не знаешь?

— Нет. Откуда?

— Думал, все слышали и уже надоел своими рассказами. Была у меня мечта в ранней юности. Людям помогать. Странно, да? У всех вокруг какие мечты? Много денег заработать. Наркоту безопасную придумать. Хороший дом купить. Доходный и надёжный бизнес замутить. А вот я выбивался из общей обоймы.

— И что, в академии вас к такому не готовили?

— В академии? Я тебя умоляю. Академия — это не та жизнь, на которую я рассчитывал, когда поступал. Но я благодарен ей за полученный опыт. Многому научился, многое там узнал. Как о себе, так и о других людях. Но при поступлении я и не предполагал, что так всё закончится.

— Что, реальный студенческий опыт сильно отличается от того, что ты ожидал, когда поступал?

— Не то слово. Я-то что думал? Что у меня окажется больше свободного времени.

— Не оказалось? — удивился я. — Обычно студенческая жизнь — самое весёлое время.

— Ага, как же. Фиг тебе. На самом деле свободного времени там вообще нет. Кроме занятий в аудиториях студент постоянно загружен домашними заданиями, подготовкой к очередным тестам и посещением тренировок. Потом нескончаемые практики. То, что я ожидал, когда поступал, с реальностью никак не соотносилось. Например, я даже не думал, что придётся работать так много. Не представлял, что придётся иметь дело с трудными и нудными преподами. Скажу больше, в академии трудилось несколько преподавателей разного ранга, которые вообще не понимали концепций, которым обучали. Тем не менее были такие, которые хорошо во всём разбирались и, главное, всегда были готовы помочь. А потом наступила та самая дипломная практика. Та, последняя. Потом — госпиталь, долгое лечение, реабилитация, диплом, который мне всунули в руки чуть ли не на лестнице перед ректоратом, и направление сюда. К вам.

— Но у нас-то тебе хоть нравится?

— А тебе? — в ответ поинтересовался Пит.

— Я первый спросил.

— Ничего так. Жить можно. Если бы не все эти плохо спланированные и скверно подготовленные операции, в которых регулярно приходится участвовать, вообще было бы классно. Но почему такая организация? Ошибки глупые? Это же смертельно опасно. Люди гибнут.

— Скажи шефу.

— Сам скажи. Знаешь, мне бежать пора. Опаздываю уже. Скоро у нас совместное патрулирование, вот там времени много будет.