— А ты не смотри, — посоветовала Маша. — Тем более что долго тут не просидишь — уже комары кусаться начинают и есть хочется.

Татьяна, последние минуты три наблюдавшая вовсе не за озером, а за тем, что творится возле кухни, легонько толкнула Машу в плечо:

— Гляди, гляди!

Та посмотрела туда, куда показывала ей Танька, и не увидела ничего, кроме поспешающей вперевалку на коротких ножках Дядю Ваню. Вот она бросила в кастрюлю что-то, видимо, щепотку соли, помешала ложкой…

— Ну и что? — удивилась Маша. — На что смотреть?

— Ты смотри дальше!

Повариха, подув на ложку, попробовала свое варево и решительно направилась к палатке, выделенной для хранения продуктов и прочего имущества. Оттуда она вышла, неся перед собой сложенные щепотью пальцы. Подошла к кастрюле, бросила щепотку соли, помешала, попробовала и снова отправилась к палатке.

— Это она уже четвертый рейс делает! — с восторгом сообщила Татьяна. — Так что ужинать мы завтра будем.

Расхохотавшись, подруги поднялись и отправились на помощь бестолковой кормилице.

Работа шла своим чередом. С утра начиналась суета — студенты, закрепленные за каждым геологом, принимались собирать рюкзаки для маршрута. Матерчатые мешочки для образцов, пачка этикеток для них же, карандаши, ручки, раскопочные ножи, еда и вода на день. Потом все загружались в машину, которая двигалась по определенному пути, останавливаясь в намеченных заранее точках начала маршрутов, где высаживались, как правило, по два человека — геолог и его коллектор-студент.

Целый день эти пары неутомимо шагали по степи, перемежающейся с высокими пологими холмами, высматривая малейшие промоины, ручейки, овражки — словом, все те места, где на поверхность выходили более глубокие слои пород. Найдя такое обнажение, они принимались за работу. Внимательно осматривали слой за слоем, из каждого брали образцы, упаковывали в мешочек, туда же совали бумажную этикетку со всеми необходимыми сведениями, завязывали его и подписывали маленький белый ярлычок, вшитый возле тесемок каждого мешочка.

В общем, работы хватало. Непосвященному она показалась бы утомительной, однообразной и монотонной, однако геолог всегда мог найти что-то интересное в расположении слоев породы.

Вот тут-то и проявлялся характер студентов. Если, несмотря на усталость, жару, набирающий вес от точки к точке рюкзак, однообразие похожих друг на друга обнажений, от которых к вечеру начинало рябить в глазах, студент не терял интереса, значит, будет нормально работать и дальше. Геологическая съемка — хорошая проверка характера и интереса к своей профессии.

Топая по степи, белеющей сухим ковылем по гребням холмов, Маша тихо радовалась тому, что следом за ней сосредоточенно сопит Славик, а не Леночка, которую вообще решено было не брать в выездной лагерь, а оставить на базе помогать Евгению Ивановичу составлять реестр собранных образцов.

— Устал, Слава? — поинтересовалась она у парня, когда они взобрались на холм.

— Нет, не очень, — бодро отозвался Славик, симпатичный рыжеватый крепыш. — Маша, а что это?

Он ткнул рукой куда-то вдоль склона, где темнело большое пятно. Маша пригляделась:

— Гнездо.

— Чье? — изумился Слава. — Здоровенное такое!

— Орла. Тут живут какие-то степные орлы, я не помню их названия.

— А можно, я посмотрю поближе?

— Да ради Бога, — пожала плечами Маша. — Если, конечно, тебе охота.

— Я быстро! Ты, Маша, иди, я догоню, я быстро! Маша, посмеиваясь про себя, начала спускаться с другой стороны холма, внимательно вглядываясь в местность, расстилающуюся впереди.