-Ааааа! – Ого, как зевнул-то – аж сам напугался. Надо поближе к бойнице. А то что-то вроде дубак, ветер ледяной, зубы должны стучать, а меня в сон рубит.

Эх…, задрала служба эта. Домой хочу. К девчонке своей – она у меня хорошая, ждёт ещё. Год уже, а ждёт. Классная она. Маришка моя…, Норичев всё-таки чмо. Ну, да, ордена там, все дела. Говорят, он как-то солдата, в одиночку, вытащил прямо из Волны. Может и правда. Видел как-то, с душа он офицерского топал летом, в одних штанах – здоровый хряк, спортсмен хуев…, я тогда глянул - чуть не обделался. У него вся шкура в шрамах. От шеи и до самого пупка. Как будто его стадо собак диких драло в лоскуты. Как вообще живой остался? Наверное, потому что он ёбнутый. Он по контракту уже лет 20 тут на Кордоне торчит. Если не врут, конечно. Кто их знает, у дедов шуточки двинутые. Может, и врут…, а ещё говорят, раньше у капитана погоняла была «Чушок». Гы. Было бы ржачно, но что-то мне не верится. В этом хряке кило сто двадцать не меньше. А харя - у терминатора из 15-ой части морда куда как приветливее и поживее будет, чем у нашего капитана.

Да и по характеру терминатор гораздо мягче…

Бррр, сопли замёрзли. Серьёзно – высморкался, из одной ноздри ледышка вылетела. Ну-ка, а из другой? Сморкнулся, ага…, весь подбородок теперь в соплях мля…, а там точно ледышка улетела? То может козявка просто крупная? Ну-ка, гляну – всё равно делать нехрен, она вон на подоконнике прилипла…, ага, ну так и есть, показалось мне. Козявка просто…, вот сука, к пальцу прилипла…, а, об штаны её, да и пофиг.

Опять что-то шумят…, хм…, это чё, выстрел что ли? Да ну…, хотя, было полгода назад, со мной по духанке парнишка один – не выдержал. Его в полковой унитаз головой мокнули, он и свихнулся. На пост поставили тоже вот так к бойницам, а он вниз в курилку спустился и давай стрелять. Хорошо обойма одна у него была – и где раздобыл? Духанам боевые патроны давно уже никто не даёт. Повезло дедам, что они водку жрали в казарме, а дух не разобрался, залетел туда и давай шмалять. Диваны только и пострелял. Его Норичев скрутил в одиночку – в натуре боров, такого шпалой не убьёшь. Отвезли духана в город, да больше мы его не видели…, чё, опять свихнулся кто-то? Не, наверное, показалось…

Эх, вот приеду домой – бабла вагон! На Маринке женюсь, квартирку купим, детишек захреначим и я в институт пойду. Нам, ветеранам Зоны, везде зелёный свет.

Одно херово – сказать никому нельзя, где служил на самом деле. Даже Маришке нельзя, а то и пенсию платить перестанут, да ещё и посадить могут. Пенсия конечно, фуфло, тут за боевые в основном народ идёт. Реально платят так будто мы депутаты в Думе. Правда, в Думе там ещё воруют не слабо, у них так-то всё равно больше получается. Но и так неплохо. Бабла хватит, и квартиру взять и пока учиться буду, нормально проживём мы с Маришкой. А там я с дипломом устроюсь – во заживём-то!

Да бля, всё-таки стрельба. И кажется, теперь ближе. Уже походу, на первом этаже, ещё за стеной, но уже близко…, ой бля…, а ведь как духанов-то последнее время я щемил – жесть. Шевченко, хохла этого конченного, вообще каждый день до потери пульса сапогами херачу, этот китаёза мне не нравится просто…, тоже странно. У него харя – япошка чистый. А фамилия Шевченко и говорит что русский. Мир по ходу свихнулся весь…

Чччёрт! Теперь в натуре на нижнем этаже стреляют. Ну, пиздец. Сдохну тут и что мне эти деньги? На тот свет их не возьмёшь. Бля, лучше бы в Читу ехал в спецназе бы служил, а теперь…

Поднимаю автомат, навожу на ближайший выход к лестницам.