-Я сам видел, как одного окурка на Кордоне в Жарке в шашлык поджарило…

Дальше не слышу, только гул неразборчивый и скрип снега под снегоступами.

Мир плывёт, мне как-то вдруг легче стало. Я даже улыбаюсь. Маришка? А пофиг! Она на самом деле не такая уж и красивая. Нет, так ни чё, но титьки большеваты, как кисель такие – я и лучше найду. Подумаешь! Баб много, а я один. Меня беречь надо. Вот. К мамке вернусь, она обрадуется, бате денег подкину, пусть они живут как надо, а не на пенсию свою, пусть в Европу съездят…, почему-то, снег идёт. Фиолетовый, с зелёными бисеринками. Мимо кабан прошёл, розовый и сердитый. Фыркнул на меня и сказал:

-Чушкан парашный! – И дальше идёт…, только он теперь не розовый и это не кабан. Это капитан мой, весь в красных пятнах, я в кино видел такие - оспа у него. Подохнет он скоро…

День как-то в памяти не задержался, я только на следующее утро оклемался. Смотрю – след мутанта того, прямо передо мной. И вроде посвежее прежних. Сам я весь в дерьме, как и надо. Только оно теперь воняет по-другому и, кажется, не моё это дерьмо. Потому что в нём кусочки не переваренной травы и грибов. Но воняет сильно. А значит всё в порядке. Главное чтобы меня не съели, остальное не важно. Как говорится – имидж ничто, жажда всё!

Кстати, пить охота. Беру фляжку. Вроде глоток всего сделал, а смотрю туда – пусто. Литр залпом, н-да…, и всё равно пить хочу. Сушняк душит, как будто с похмела. Собственно, так и есть – только похмелье не от спиртного. Что интересно в косяке том было? Ох, неважно вообще, надо догонять мутанта и умолять или угрожать – любой способ подойдёт. Только бы помог домой вернуться, да при деньгах было бы неплохо вернуться-то.

А ведь для этого мне придётся стать сталкером.

Таким как те, с косяком. Вот интересно – они тоже ведь говном не мазались. Хоть убей непонятно, как они выживают. Нужно мне к кому-то приткнуться и срочно, сдохну я тут один.

Хорошо хоть снег пока не глубокий, зима только-только началась. И морозов серьёзных нет, а то бы я со своими мокрыми штанами…, сажусь на снег – опять сталкер наперерез идёт. Придётся мне вытерпеть ещё несколько минут унизительного рассматривания, гогота и обзывания окурком. Чё это такое вообще? Окурки какие-то…, может это типа духов у нас, а?

А похер…, вон он уже по прямой идёт, следы мутанта топчет сволочь…, а чего он так странно идёт? И руки тянет, прям как в кино про зомби. Дурак может? Тут по-любому дураков много. Я тут пару суток всего, а уже почти ёбнулся, а они тут годами живут. Мычит. Ну, точно - дурак. И мозги набекрень у него, вон, на носу ви…, сят…, ся…, мозги…

-Мама!!! – Поздно, ноги уже отнялись, убежать не смогу. Чую как потекло, вязкое, жидкое, это галеты, наверное. В них перец класть стали, а у меня от перца понос начинается…

Подошёл впритык. Теперь вижу, почему он так странно ходит – у него кишки в ногах запутались, из пуза выпали и запутались, потом примёрзли, так он и ходит.

Может, не станет меня есть, а? Мутанты не стали, я ж вонючий, а этот может тоже не будет, а?

Запнулся о мои ноги, руками на коленки опёрся, голову поднял, пасть раскрыл и тянется прямо к лицу. Глаза белесые, пустые, а из пасти смердит так, что я больше не чую собственной вони…, ужас сковал ноги, но руки двигаются. В трусы срочно! Беру шматок и в морду себе!

Бесполезно, тянется, сожрать меня хочет.

Я визжу от ужаса, пытаюсь его оттолкнуть, а он всё тянется - сейчас нос откусит. Я изловчился и пихнул его – зубы этого существа в плечо мне вонзились. Мертвец заурчал довольно, и жуёт куртку. У меня всё отнялось, кроме правой руки – снова её в трусы, беру ещё шмат. И тут мертвец отпускает плечо, к носу моему тянется или к горлу, я уже не пойму. Рефлекторно бросаю этот комок ему в морду.