— Как это? — не понял Дубовых, оправдывая свою фамилию. — А куда они ушли?

— В бюджет России, — последовал ответ.

— Это серьезно?

— Боюсь, что молодой человек говорит правду, — сказал специалист.

— Ах, как плохо, — огорчился хозяин жизни.

— А я предупреждал, — сказал я со скромностью клерка. — Могу продолжить?

— Пока не надо, — поднял руку мой собеседник. — А где гарантии, Петя, что подобное не повторится?

— Мое слово, — ответил Петя.

— Это черт знает что! — занервничал Дубовых. — Простите, Петя, кто ныне верит словам?

— Вы поверите. И потом — мои требования очень скромны.

— Скромный молодой человек, — хмыкнул хозяин жизни. — А вы на кого трудитесь, Петя?

— На себя.

— Так не бывает, Петенька.

— Бывает.

— Не бывает.

— Бывает.

— Ну хорошо, — сдался мой собеседник. — Я почему-то вам, Петр, верю. И хочу быть с вами тоже откровенным: наша беседа записана на видеоапаратуру.

— Отлично, — улыбнулся я. — Надеюсь, я фотогеничен?

— Так что сами понимаете, если вы, Александр Владимирович, — ответил улыбкой, — нарушите слово, мы вынуждены будем принять адекватные меры. У вас, как я знаю, жена на сносях…

— Мечтаю быть папой, — ощерился я, переведя дух. Какой позор: так недооценить противника! Так лопухнуться. Так околпачиться. Стыд и срам.

— Не хотелось бы переступать некие законы, которые ещё тлеют у нас здесь, — потукал себя по груди. — Понимаете, Александр Владимирович, о чем речь?

— Понимаю, — скрипнул я всеми суставами. — Сука Орехов продал с кишками. Нарежу из него кожаных портмоне. Я — не я буду!

— Кровожадны вы, Александр Владимирович, кровожадны, — добродушно засмеялся великий интриган. — Жаль нам терять такого… эээ… работника, но, — развел руками, — вы меня убедили. За свои ошибки надо платить. Иногда собственной головой.

— Ваша правда, — дипломатично подтвердил я.

— Кстати, не желаете сбыть, так сказать, свою игрушечку. По хорошей цене.

— Не продается.

— А подумать. Добрая цена. Можно прикупить необитаемый островок. В личное пользование.

— Мой остров — Россия, — не без пафоса ответил я.

— М-да, жаль, — покачал плешивой головой Маккиавелли банковского производства. И щелкнул пальцами. Из знойного марева появился гибкий человечек. С географической картой Московской области. — Ну, любезный Петр, слушайте меня внимательно.

Выяснилось, господин Орехов и два его телохранителя отдыхают в санатории Министерства Обороны «Заречье», что в семидесяти пяти километрах от белокаменной. Местечко прекрасное — сауна, теннисные корты, спортивные тренажеры, река с пляжем. Кормят на убой. Так что дело за малым — рвать в «Заречье» и накрывать подлеца за употреблением диетической брюквенной каши.

Я поблагодарил господина Дубовых за полезную информацию. Вот что значит найти общий язык с достойным противником. Никакого кровопускания и мордобоя, кроме легких душевных оплеух, и все довольны. Даже праздный народец несмело начал возвращаться на лавочки, когда уяснил, что перестрелка ракетными снарядами временно отменяется.