Глаза Майкрафта округлились от изумления. Он недоверчиво покачал головой.

— Сера? Так ведь это…

— Яд, — невозмутимо кивнул Таниэль, выдавив каплю раствора из пипетки в полукруглую емкость и спрятав тщательно закупоренный флакон с пробкой-пипеткой в карман. — Но тут все дело в количестве. Существуют ведь серные порошки, и люди их принимают как лекарство от множества болезней, верно?

— Допустим. А каково предназначение золотого ошейника?

— Колыбельщики не выносят золота. Соприкосновение с ним для них мучительно. Ошейник был нужен, чтобы приостановить процесс перевоплощения.

— Но почему оно так на них действует? — раздраженно допытывался Майкрафт. Несмотря на одолевавшее его любопытство, сознаться в полной своей неосведомленности о повадках нечисти ему было нелегко.

Таниэль соединил обе половинки маленького стеклянного шара и подцепил петлю из золотых шнуров кончиком мизинца. Шарик стал покачиваться в такт тряске кареты.

— Можно только гадать…

— Так вы не знаете? — торжествующим тоном переспросил старший инспектор.

Таниэль отвел со лба прядь волос и пожал плечами.

— Нечисть не поддается изучению с традиционных научных позиций, сэр. Она не подвластна законам, которым подчинено все живое на земле.

— Но это невозможно! — с апломбом заявил Майкрафт.

— Согласен. И все же это невозможное существует, как вы уже изволили убедиться. — Таниэль слегка шевелил мизинцем, и маленький шарик раскачивался на шнурке, описывая в воздухе круги. — Изучение нечисти возможно не с научных позиций, а только посредством интуиции — процентов на девяносто, и на десять процентов путем обращения ко всяким суевериям: сказкам, легендам и поверьям. Вас наверняка удивляет, почему этим тварям удается отвоевывать у нас дом за домом, улицу за улицей. А происходит это только потому, что мы слишком поздно спохватились. Мы принялись учиться истреблять их, когда битва уже началась. Путем проб и ошибок, сэр. А любая ошибка в нашем деле означает, что еще один истребитель нечисти отправился на свидание с Костлявой. Ага! — В голосе его внезапно зазвучали нетерпеливые нотки. — Вот наконец наш с вами клиент, инспектор Майкрафт, и дал о себе знать.

Шарик величиной с мускатный орех вдруг засветился изнутри призрачным желтовато-белым светом, по золотой сеточке пробежали искры.

— Это ведь обычная химическая реакция, — возразил Майкрафт. — Многие вещества, если их соединить, начинают шипеть, светиться, превращаются в пар и тому подобное.

— Все правильно, — подтвердил Таниэль. — Но только в данном случае необходимым для подобной реакции элементом является наш приятель колыбельщик. Чем ближе мы к нему подберемся, тем ярче будет гореть свет в этом шаре.

Карета остановилась в Челси, к северу от реки. Майкрафт и Таниэль вышли и огляделись. Оба они редко бывали в этой части города и знали ее плохо, к тому же из-за сгустившегося тумана им было трудно сориентироваться, оба ничего не могли разглядеть даже на расстоянии вытянутой руки.

— Я останусь тут и буду вас ждать, инспектор, — сказал кучер, прижимая к груди заряженное длинноствольное ружье и опасливо поглядывая на своих сытых, откормленных лошадей. До Старого Города отсюда было рукой подать, а волки — большие любители свежей конины.

Таниэль поднял стеклянный шар, покачивавшийся на шнурке, на уровень своих глаз.