И они обжалованию не подлежат.

Один хотел раненого Терека, да еще без сознания, запросто так прирезать, как какую-то свинью. Два остальных собрались прямо сейчас затрахать раненую девушку и ее тоже потом, понятное дело, добить без малейших угрызений совести.

Так что явно наши клиенты, нечего сомневаться в этом.

Установив СИСТЕМУ в сознание наемнику, проверил все ее уровни, вроде, все правильно стоит.

Посмотрю сам с интересом, сколько она потребует ЭНЕРГИИ на частичное и полное выздоровление.

Проверяю потом сознание Фиалы, у нее показывает, что ЭНЕРГИИ осталось всего две единицы, выздоровление быстро прошло, но сейчас явно замедлилось, похоже, что основные повреждения в шее уже залатаны.

— Ей нужно еще помочь срочно, а без этих троих у меня для этого силы нет, — шепчу я лучнице. — Придется сейчас сразу кого-то прирезать.

— С кого начнем? — с готовностью поднимается она с какой-то кочки.

— Давай с молодого, он нам не нужен, еще мало в жизни понимает. И как нам из облавы выскользнуть — не знает точно.

— Жалко его. Совсем мало пожил, — вдруг становится сентиментальной Ксита и явно сдает назад.

Ну и еще в жертвоприношениях каких-то ритуальных участвовать не хочет, это я тоже ощущаю в ее сознании.

Боится, что я сейчас на земле кинжалом пентаграмму вырежу, помещу в центр парня и вызову темную силу для принятия жертвы? Вырежу ему потом сердце?

Нет, у нас все сильно проще будет.

— А сестру свою тебе не жалко? Он бы ее драл до самого утра без жалости всякой к раненой девчонке? — начинаю злиться я. — Нам их оставлять в живых никак нельзя, они свой выбор сами сделали, показали себя полным дерьмом, так что лучше очистить землю от таких уродов. А мертвыми они никому ничего не расскажут, пусть их даже завтра утром найдут.

Устал и вымотался морально просто невозможно. Еще и устроенная мной засада совсем трудно пошла, чертовы лучники-охотники сразу отогнали девушек с приготовленных позиций для нормальной стрельбы. Да и у загонщиков нашелся настоящий мастер-арбалетчик, подстрелил едва видимое плечо Терека очень быстро.

Вообще он и охотники спутали все мои планы, выведя из строя двоих наших стрелков, понятно, что одной Ксите оказалось почти невозможно противостоять двум опытным лучникам сразу.

Если бы не мое вмешательство, то пятеро выживших дружинников при поддержке обоих лучников перебили бы мою засаду через минуту-другую. Как только опомнились от первого шока и поняли, что охотники держат вражеских стрелков под плотным обстрелом, так и полезли бы по склонам.

Нужно было Терека на топор ставить, сам бы я быстро сверху оглушил ментальными ударами всех всадников, как только понял, что из-за поразительной смелости охотников все задуманное плохо пошло. Даже, если бы меня точно так же, как его, ранили, болт в плече мне не помешал бы вырубать врагов, а моя РЕГЕНЕРАЦИЯ сразу начала свою работу.

Поэтому я поднимаю копье одного из мужиков и тут же одним ударом в сердце пришпиливаю молодого парня к земле.

Потом замираю над ним на половину минуты, и проверяю свою СИСТЕМУ.

Пришло с него Энергии совсем немного, всего три единицы, и я сразу закидываю их Фиале.

Потом поворачиваюсь и смотрю на неподвижное, мрачное лицо Кситы.

— Так оно, значит, делается?

— Если нужна сила прямо сразу, то только так. А еще можно набирать ее постепенно, управляя людьми и совершая разные хорошие поступки. Но это медленно, чтобы таким образом Фиалу спасти, нужно пару месяцев силу набирать, спокойно рассказываю я ей, как ни в чем не бывало.

— Так, меньше разговоров, срезай с него все веревки, не нужно, чтобы их связанными нашли. Плохие разговоры пойдут, а оно нам все равно не нужно. И веревки еще лишними не будут.

Ксита работает ножом, освобождая теперь навсегда отбегавшегося за красивыми девками парня.