Пони обнял ее. - «Возлюбленная, ты уже ничего не можешь сделать для этого ребенка. Сосредоточься на тех, кто еще может быть в живых».

За задней дверью располагался лабиринт коридоров и маленьких комнат. При помощи своих щитов и секаша Тинкер проталкивала Они вглубь проходов. Остальные отряды рассеялись позади нее, обыскивая комнаты. Пришли отчеты о найденных шкафах с оружием, запасах еды, клетки с животными, и «комнаты для разведения», которую ей совсем не хотелось видеть. Начали возникать споры, так как тэнгу забирали себе любые ценности.

«Чертовы вороватые вороны». - пробурчал ей офицер пехотинцев, явно не подозревая, что они были ее Обязанными.

Эльфийские крики заставили Тинкер вернуться на три метра назад к Рики, преграждающему путь в большой открытый внутренний двор. В открытую дверь просачивался древесный дым с запахом жаренного мяса. Дым и жар исходили от грубого кострища из шлакобетонных блоков, арматуры и кусков гофрированного металла. Не считая горючего мусора, по всему внутреннему двору были раскиданы сломанные поддоны, дрова, целые бревна и начисто обглоданные кости.

«Что случилось?» - спросила Тинкер.

«Мои воины осмотрят это место» - произнес Рики.

«Почему твои?» - потребовал офицер пехотинцев - «Почему это не могут сделать мои солдаты?»

Рики обратился к Тинкер за поддержкой. - «Это кухня. Они едят..., они считают детей деликатесом. Будет лучше, если мы обнаружим распотрошенное тело».

Выражения лиц эльфов убедили Тинкер ответить - «Да, конечно».

Глубоко в лабиринтах постоянная боль от удерживания щитов добила ее. В один момент она была на ногах, а в следующий — уже в руках Пони, прижавшись лицом к его шее, мощной как каменная колонна. Она содрогнулась от страха, поняв, что ее щиты исчезли. К счастью все, находившиеся поблизости, Они были мертвы.

«Доми, тебе надо отдохнуть».

Она ругнулась - «У нас нет на это времени».

«Нам надо дождаться тыловой отряд. Мы слишком рассеялись по местности».

Только тогда до нее дошло, что с ними была только маленькая группа морских пехотинцев. Все остальные были где-то позади. Она не могла поспорить с его логикой. Позволив солдатам прикрывать их отход, Пони отнес ее в небольшую уже проверенную ими комнату. В помещении не оказалось никаких следов Они или детей, поэтому ее удостоили только быстрым осмотром. Он устроился на обтянутой кожей скамье, чтобы Тинкер могла отдохнуть в его руках под защитой щитов секаша.

«Мы тут все завшивеем» - пробурчала Тинкер, расстроенная своей слабостью. Бродить по кучам мусора было делом не из приятных, но, сидя на месте, она чувствовала, как по коже бегают мурашки. Тинкер подозрительно взглянула на скамью и удивилась ее чистоте. Внимательно оглядевшись, она обнаружила, что их больше не окружает обычная для Они грязь. Мусор здесь был абсолютно другого сорта — кучи дорогих, роскошных вещей. Под горами мехов, мешков с долларами США и монетами Эльфдома и водопадами драгоценностей виднелась хорошая мебель из цельного железного дерева. От начищенного до блеска пола, покрытого восточными коврами, и до самого потолка возвышались кипы тканей, картин и электроники. Эта комната больше всего напоминала склад добычи.

«Где это мы? В сокровищнице?»

«Не могу точно сказать, доми».

Тэнгу пришли в неописуемый восторг, к вящему недовольству эльфов и людей. Тинкер не хотелось об этом думать, но ей придется приказать кому-нибудь составить список всей добычи, чтобы разделить ее между тремя отрядами. Может быть ЗМА пришлют бухгалтера.

Тени перемешались и резко сдвинулись.

Пони вскочил на ноги и отступил подальше, в то время как воины двинулись вперед с мечами наготове.