«Нам придется проверить, не вынашивает ли она ребенка». - пробормотала по-английски Яростная Песня.

«Она же только пара!» - запротестовала Тинкер. Она думала, что эльфы не могут забеременеть до достижения большинства.

«Если ей больше пятидесяти, она может забеременеть» - мягко ответила Яростная Песня.   - «Так же как одиннадцатилетняя человеческая девочка, если ее изнасилуют».

Обыскивая другие ямы, они нашли прячущуюся за кучей мусора девочку, вооруженную костью от ноги какого-то животного. Пока солдаты убеждали ее обменять свое страшное оружие на дубинку одного из коммандос, Рики проскользнул к Тинкер. Без крыльев и боевого окраса он почти мог сойти за обычного человека.

«Я не хочу пугать детей» - тихо произнес Рики на английском. - «Если кто-нибудь из моих знал об этом и не сообщил, я сверну ему шею».

«Что ты нашел?» - спросила Тинкер.

«В кухне было два ребенка». - ответил Рики. - «Один уже был разделан под жарку».

Тинкер подавила вскрик и крепче прижала к себе маленькую эльфийку. Семь детей стали жертвой таких пыток только из-за того, что они не принадлежали к Клану Ветра? - «Кое-кто заплатит за это».

Для защиты территории прибыли две Руки Виверн и толпа королевских пехотинцев касты лэдин. Вероятно, их послал через Мейнарда Принц Настоящее Пламя. Убедившись, что детей отвезут в больницу, где о них тщательно позаботятся лекари Клана Ветра, Тинкер направилась на железнодорожную станцию. Царапине от Шипа не хотелось покидать детей, но как только секаша поняла цель Тинкер, она согласилась помочь.

Тинкер сдерживала свою холодную ярость, пока Роллс ехал обратно к станции. От ее платья тянуло запахом ям для пленников. Она ворвалась в здание, в тысячный раз за сегодняшний день жалея о том, что не может раскидывать по округе танки одним словом и жестом.

Группка эльфов, управлявших станцией остановилась как вкопанная, увидев ее и секаша.

«С кем говорил мой кузен?» - прорычала Тинкер.

«С этим» - Царапина от Шипа указала на одного из эльфов Клана Ветра.

Эльф испуганно дернулся назад от напавшей на него Тинкер.

«Ты видел, что с поезда сошли дети, и не сделал ничего, чтобы помочь им?» - спросила Тинкер.

«Доми, они были не из моего клана» - он был полностью уверен в логичности своего ответа.

«Это были дети! Ты ведь знал, что это были дети, ведь так?»

«Да, доми» - тихо произнес эльф, все еще не улавливая смысл разговора.

«Ты знаешь, что мы ведем войну с Они. Что они замучают и убьют любого, кто не сможет защититься».

Его наконец-то озарило, он увидел большой знак с надписью: «Она На Что-то Злится». Ему стало не по себе. - «Да, доми».

«И ты просто дал им уйти?»

Не будь она так взбешена, было бы даже забавно наблюдать, как он осознает, что за правдой последует неминуемое наказание, но, будучи эльфом, он не мог соврать. - «Доми, я... мне... мне было все равно, что произойдет с ними».

Последний раз, когда кто-то ее настолько разозлил, она избила виновника ломом. Тинкер крепко сжала кулаки, сдерживая желание превратить эльфа в кровавое месиво. - «Убирайся».

«Доми?» - эльф посмотрел на разные двери, не зная, куда она посылает его.

«Иди домой, пакуй вещи и убирайся вон из Питтсбурга» - рявкнула Тинкер. - «Ты в Западных Землях не останешься. Я не потреплю присутствия здесь таких как ты — вы настолько ослеплены своей мелочной ненавистью, что заставляете страдать из-за нее абсолютно незнакомых вам детей».

«Доми! Прошу, здесь моя семья».