— С победой тебя! Как прошло утро?

Она поджала под себя ноги, приняв удобную позу.

— Я думаю, все прошло очень хорошо.

— Что означает — ты думаешь? Отчет оказался кстати?

— Да, необыкновенно кстати — он меня просто спас! Алан пытался блефовать с ценой, намекая на то, что новое предложение более выгодное.

— Глупо! А ты что сказала?

— Сказала, что мое предложение окончательное, и доказала, что оно лучше полученного им от другой компании. К тому же у меня нет времени, и если он не заинтересован, то я найду кого-нибудь еще.

Чарльз улыбнулся. Он удивлялся, что она становится жестче его самого.

— И что он тебе ответил на это?

— Не так много…

Его улыбка стала шире. По ее веселому настроению он понял, что дела шли хорошо.

— …Вскоре он позвонил и принял мое приглашение на обед. Поэтому я думаю, что выиграла.

— Больше силой, чем обаянием.

— Да, возможно. Но важен результат!

Чарльз рассмеялся. Она всегда смешила его.

— Итак, как госпожа Тейлор планирует отдыхать днем?

— Прекрасно. Во-первых, я позвонила нашим юристам, во-вторых, Макс прилетает следующим рейсом, а в-третьих… — Она сделала паузу. — Я думаю пройтись по магазинам.

Он был удивлен.

— Магазинам? — Обычно она покупала одежду раз в год.

— Именно. Я заберу то, что заказала в прошлую поездку, и не спрашивай меня больше об этом. Это сюрприз!

— Ладно-ладно! Я позвоню тебе позже, около пяти.

— Хорошо, думаю, к пяти часам я вернусь.

— Я заинтригован. Желаю приятного времяпрепровождения.

Чарльз был рад, что она уделит внимание себе, так как почти все ее время поглощала работа.

— Спасибо, постараюсь! — улыбнулась она.

— До свидания, Элли.

— До свидания.

Она повесила трубку и какое-то время не двигалась, наслаждаясь теплыми, дружескими отношениями с Чарльзом. Потом встала и принялась готовиться к вечеру. Ей предстояло сделать еще очень много до того, как она отправится к Иву Сен-Лорану.

Двумя часами позже Элли стояла перед ателье Ива Сен-Лорана, набираясь мужества, чтобы войти внутрь. У нее было весьма высокое положение, но она все равно нервничала, так как по-настоящему не верила в свою принадлежность к избранному кругу общества. В конце концов, глубоко вздохнув, она толкнула тяжелую дверь и оказалась в теплом, роскошном и благоухающем помещении, где за столом сидела изящная девушка.

— Здравствуйте, мадам! Что вы хотите? — Тоненькая юная француженка с белоснежной кожей и короткими черными волосами вопросительно улыбнулась ей.

И тогда Элли про себя подумала, что любой, кто осмелится переступить этот порог, от такого тона убежит быстрее, чем от стаи гончих псов. Для нее это ничего не значит, решила она, но все же краска смущения залила ее лицо.

— Я пришла получить платье, которое заказывала. Мое имя мадам Тейлор.

— Ах! Да, мадам! Не будете ли вы любезны пройти со мной, и вам принесут ваше платье?

Элли кивнула. Ей хотелось улыбнуться. «Кто бы ты ни был, — с насмешкой подумала она, — деньги, заплаченные за покупку в фешенебельном магазине, делают тебя значительным».

В четверть седьмого такси остановилось у отеля. Швейцар помог Элли выйти, чуть ли не с благоговением взяв коробки от Ива Сен-Лорана. Он подозвал юного рассыльного и поручил отнести ему пакеты в номер мадам.