Эдвард сел на диван, положил рядом с собой кейс и дождевик, а потом обвел взглядом кремовую гостиную. Без сомнений, эта комната принадлежала Элли. Он отметил мелочи, которые были свойственны только ей: вазу со свежими цветами — анемонами и нарциссами; сочные цвета красных, алых и лиловых подушек на кремовом диване; коллекцию коробочек, покрытых ручной росписью.

Эдвард вдруг вспомнил девочку из Оксфорда: если бы она тогда знала, как далеко пойдет! Он встал и шагнул к восьмиугольному столу из палисандрового дерева. Ему захотелось поближе рассмотреть изящные старинные коробочки. Неожиданно его взгляд натолкнулся на фотографию в тяжелой серебряной рамке. Эдвард взял ее в руки.

Это была свадебная фотография. Никогда еще ему не приходилось видеть такой прелестной новобрачной. Элли сидела, улыбаясь в камеру, ее муж стоял, обнимая ее за плечи и глядя так, будто получил долгожданную награду. Это была хорошая счастливая фотография, хотя в улыбках чего-то не хватало. Эдвард вгляделся в глаза юной жены и увидел, как они печальны и грустны «Почему? — прошептал он. — Почему ты сделала это, Элли?» Поставив фотографию на место, он вернулся к дивану, уже не надеясь что-либо понять.

Когда Элли открыла дверь, то на мгновение остановилась, не веря, что он здесь.

— Тио принесет нам кофе, когда он будет готов, — проговорила она, садясь напротив него.

Она нервно поправила рукава, и он заметил, какие тонкие у нее запястья.

— Мне нравится твоя новая прическа, — просто сказал он. — Когда ты постриглась?

— Когда вышла замуж, — ответила она, вспомнив, что специально изменила прическу, чтобы ничто не напоминало ей о прошлой жизни.

— Тебе идет.

— Спасибо.

Он видел — волосы ее стали намного короче, и не знал, что почувствует, если коснется их. Длинные золотые шелковистые пряди всплыли в его памяти.

В комнату вошла Тио с подносом.

— Поставь на стол, Тио.

Тио оставила поднос и незаметно исчезла. Элли разлила кофе по чашкам и передала Эдварду, стараясь не коснуться его.

— Я думаю, лучше всего объяснить тебе все сразу, — проговорила она.

Эдвард согласился. Когда он позвонил ей, сообщая о своем приезде, она отказалась обсуждать что-либо по телефону. Единственное, что он понял, это то, что ей нужна помощь.

— Извини, я, наверное, разыграла мелодраму по телефону?

— Нет, ты была очень разумна.

Она опустила глаза:

— Да?

Он молча выругался, обвиняя себя в бесчувственности.

— Я имею в виду только то, что случилось, Элли. Я знаю, как тебе было тяжело.

Элли пожала плечами. Ей не хотелось вспоминать об этом.

— Эдвард, я сказала, что мне нужна твоя помощь. Это действительно так. Мне нужны и твои знания, и твоя голова.

Она хотела все прояснить, но больше для себя, чем для него. И еще — спрятаться от своих чувств, забыть их.

— У меня есть один проект, и если ты одобришь его, то, надеюсь, согласишься поработать со мной.

Он пристально наблюдал за ней. С тех пор как он перешагнул порог этой комнаты, он чувствовал ее напряжение, но сейчас оно увеличилось. Его охватило предчувствие чего-то неприятного, но он спокойно ждал продолжения.

— Это деловой проект. — Элли подошла к бюро и достала из ящика папку.

Тревога его возросла. Она протянула папку:

— Ознакомься, пожалуйста. Здесь вся информация.

Эдвард взял папку и, просмотрев документы, поднял глаза.

— Это доклад по финансовой деятельности «Трайтиш». С какой стати?

Элли на минуту растерялась, но потом решительно встретила его взгляд:

— Я собираюсь захватить ее с помощью «Хэдли Тейлор Йорк».