Вот раздалось последнее «прощай», и эльф почувствовал, что роза заняла место на груди молодого человека…

Недолго, однако, пришлось розе покоиться на груди. Молодой человек вынул ее и, проходя по большой темной роще, целовал цветок так часто и так крепко, что крошка эльф чуть не задохнулся…

Тут появился другой человек — мрачный и злой, это был брат красивой молодой девушки. Он вытащил большой острый нож и убил молодого человека, целовавшего цветок, затем отрезал ему голову и зарыл ее вместе с туловищем в рыхлую землю под липой…»

Прочитав это, Кирилл поднял глаза на Милу. Она смотрела на экран дисплея расширившимися глазами, в которых стояли слезы.

— Ну, ты прямо эмо, — неуклюже пошутил он, пытаясь отвлечь ее от грустной истории. — Такая же, как и мы, плакса! Это же просто сказка!

— Ты еще маленький, — ответила она, — и пока не знаешь, что счастливой любви на этой земле не бывает.

— Бабские бредни! — вдруг встрял молчавший до этого Арсений.

Он остановил джип и повернулся к ним. Посмотрев на безмятежно спящую Марику, перевел взгляд на Милу.

— Ты чего это тут парню голову забиваешь? — усмехнулся он. — Он сейчас сам эльф в розовом кусте, так пусть там и остается как можно дольше со своей эльфийской принцессой. Любви, видишь ли, на земле нет! Или тебе со мной плохо?

Кирилл отодвинулся от Милы. Он чувствовал себя неловко, словно оказался в чужой спальне.

— Мне с тобой хорошо, — ответила Мила и опустила глаза.

— Так и нечего тут сырость разводить, — заметил Арсений. — Не забывай, что твое лицо — твоя работа, так что ненужные морщины ни тебе, ни мне в кадре не нужны. Полная безмятежность и отсутствие мыслей — залог твоей фотогеничности.

— Приехали? — пробормотала Марика, поднимая голову.

— Пока нет, — сказал Арсений. — Хочу размяться. А может, пора перекусить? Что скажете, ребятки? А, Настена? — спросил он и толкнул спящую Настю. — Тебе не мешало бы поесть. А то перегаром от тебя несет, ужас! Я с матерью еще поговорю! Хорошо, что в машине кондей имеется, а то бы мы задохнулись!

— Мы где? — сонно спросила она.

— Недалеко от Нижнего Новгорода, — ответил Арсений. — Хочу передохнуть. Тут неплохой мотель, можно перекусить.

— Мы не пойдем, — сказал Кирилл.

— Ладно, — легко согласился Арсений. — Тогда спите. Нам еще несколько часов ехать.

Настя зевнула и свернулась клубком на сиденье. Арсений помог Миле выйти из машины. А Кирилл поцеловал вновь уснувшую Марику, устроился удобнее, засунул наушники плеера в уши, нашел «Depeche Моde» и закрыл глаза. Сказка про эльфа не выходила у него из головы. Он хотел узнать, чем все закончилось, и улыбнулся этому, как ему казалось, детскому любопытству. К тому же замечание Милы прочно засело в голове. И даже любимые песни не могли изменить ход его мыслей.

«Что происходит с людьми? — думал он. — Может, никто не умеет сохранить свое чувство? Но лично я не собираюсь уподобляться большинству. И за нашу любовь буду бороться всеми силами! Буду беречь ее!»

Кирилл не заметил, как задремал под композиции «Depeche Моde». Очнулся от струи холодного воздуха, скользнувшей по разгоряченному лицу. Подняв голову, он вынул наушники и выключил плеер. Дверь была открыта. Возле нее стояла Мила. Она курила, нервно стряхивая пепел.

— Ты никогда не любил меня! — услышал он ее звонкий голосок.