– То есть ты предлагаешь полностью отказаться от плановой экономики? – На удивление, учительница даже немного успокоилась, но в глазах появился подозрительный прищур. – А может, вообще выбросить учение марксизма-ленинизма и стать капиталистами?

– Я этого не говорил. – Да, передергивать училка умела. – Наоборот, я считаю, что в некоторых сферах плановая экономика не просто нужна, а единственно возможна. Стратегическое производство, военно-промышленный комплекс, топливная и энергетическая сфера деятельности – отдавать их на откуп частникам опасно и чревато потерей контроля над ситуацией. Но вот легкая промышленность, производство товаров народного потребления, бытовой электроники, да те же цифровые технологии – все это должно развиваться самостоятельно. Под присмотром государства, но все же в частном порядке. Хотите пример?

– А давай, – с непонятной лихостью махнула Дина Рашидовна. – Удиви нас.

– У кого-нибудь есть финский телефон? – я обвел класс взглядом. – Любой.

– У меня, – на удивление, откликнулась все та же Сикорская. – И что? Ищешь, что украсть?

– Будь добра, покажи его, – я не обратил внимания на оскорбление. – Просто так, чтобы все видели.

– Ну вот, – девушка подняла руку с розовым телефоном, модель которого я не узнал, но это точно была «Нокия». – Доволен?

– Вполне. Все разглядели? Цвет, размер экрана, цветного, между прочим. Наверняка у него еще и панели меняются, и еще много разных прибамбасов. А теперь посмотрите сюда, – я поднял над головой свой мобильник. – Это наш родной, отечественный телефон «Электроника 2000». Металлический корпус, маленький черно-белый экран. Вес такой, что им от стаи волков отбиться можно. И, казалось бы, да, у Софии новая модель этого года, а у меня телефону почти восемь лет. Но я тут на днях заходил в магазин, и на прилавке лежат точно такие же мобильники, как у меня. Вот вообще ничем не отличающиеся. И это с учетом того, что прошло десять лет. Десять лет, вы понимаете?! Но везде торгуют старой моделью, просто потому, что зачем делать новую, если берут эту.

– И, по-твоему, это вина плановой экономики? – хмыкнула географичка. – Но при рыночной тем более никто не кинется делать что-то новое, если старое продается.

– Да, но там есть одна важнейшая для развития вещь, – я улыбнулся. – Конкуренция. С теми же телефонами, я более чем уверен, что себестоимость наших с Сикорской телефонов не сильно отличается. Да, у нее модель новее, но у меня тут металла с полкило. Однако ее мобила стоит дороже, потому что пошлины и все такое. Что делает ее не по карману многим обычным работягам. Но, если пустить ту же «Нокию» на наш рынок, дать возможность торговать без пошлин, то мы очень быстро увидим, как у людей исчезнут разные «Электроники» и прочие уродцы, и появятся новые современные телефоны. И так во всем. Конкуренция решает, подталкивает развитие. А в основе плановой экономики она отсутствует в принципе.

– Ты так говоришь, будто граждане Страны Советов сплошь мещане, помешанные на шмотовничестве, – поморщилась Дина Рашидовна.